Книга Сеть Гефеста, страница 134 – Александр Андрюхин

— Неужели какие-то несчастные банкноты тебе дороже человека?

Когда вопрос ставился таким образом, возражать было нечем. Кирилл разводил руками и шел занимать деньги к Виктору, двоюродному брату. Брат выбор Кирилла не одобрял. Когда он приходил к нему в гости и демонстративно осматривал весь этот царивший в квартире бардак, Кириллу было не по себе. Его чистоплотной жене Людмиле тоже было не по себе, но она деликатно делала вид, что в хозяйственном аспекте его родственника все нормально. Одна Лиана чувствовала себя прекрасно. Она порхала из кухни к столу, звонко смеялась и жеманно закатывала глаза.

— Вот пирог с клубникой! Клубника из нашего сада. Обалденный вкус! Правда, пирог немного подгорел, – разражалась счастливым смехом Лиана, – но есть можно. Я не уследила, потому что красила глаза.

Она ставила перед гостями нечто напоминающее подметку, и Виктор, кинув взгляд на блюдо, произносил со скептической улыбкой:

— Лучше бы ты не красила глаза…

Гость тут же получал локтем от своей второй половины и добавлял невинно:

— Я хотел сказать, что с некрашеными глазами тебе лучше. Но это мое чисто субъективное мнение.

Лиана вприпрыжку уносилась на кухню и возвращалась с залитым кофейником.

— Ой, кофе убежал! – произносила она удивленно и по-детски хлопала ресницами. – Но, к нашему счастью, убежал не весь.

Лиана церемонно разливала по чашкам кофе и звонко щебетала по поводу этих миленьких чашечек, купленных в Ленинграде. За эти чаепития с подгоревшими пирогами и печеньями Кириллу всегда было стыдно. Виктор это чутко улавливал, но предпочитал отмалчиваться. Хотя однажды, застав брата за мытьем посуды, он произнес с раздражением:

— И на кой черт тебе такая баба? Когда она перестанет порхать и займется хозяйством?

— Она не баба! – нахмурился Кирилл. – Она девушка моей мечты. И я ее люблю.

Виктор вздернул бровь и не нашелся что ответить. Он даже не рассмеялся и больше эту тему не затрагивал. Тем более что вскоре после этого они с женой уехали в Женеву работать по контракту, предложив Кириллу перебраться в их квартиру. Но Кириллу уже не нужна была чужая квартира. Он получал свою. Почему-то казалось, что в своей квартире у них с Лианой все пойдет по-другому.

Однако у них не пошло по-другому. Его жена стала еще беспомощнее, чем была. Даже иной раз приходилось встречать ее после работы. Потом это вошло в систему.

Лиана работала во дворце пионеров. Вела кружок юных туристов. Она ходила всего два раза в неделю на три часа, но своей работой доставляла больше хлопот, чем если бы сидела дома. К полудню девушку нужно было отвезти на автомобиле во дворец, а к вечеру встретить и аккуратно доставить до дома, поскольку в метро она ездить не могла, а в автобусах ее укачивало. Единственным видом транспорта, который переносила супруга, был автомобиль. «И как она только жила до меня? – удивлялся Кирилл. – А если бы она вышла замуж за пишущего стихи Олега – вечного дворника? На метле бы он, что ли, ее возил?»

Словом, когда Лиана заявила, что работать больше не намерена, поскольку директор дворца пионеров домогается ее роскошного тела, Кирилл даже обрадовался. Ему меньше забот. А ее зарплата все равно ничего не решала.

Тогда молодой офицер и предположить не мог, что с того дня Лиана вообще больше не будет работать. Честно говоря, это мало волновало Кирилла. Его офицерской зарплаты хватало на двоих. По наивности он еще не знал, что женщина без определенного рода занятий перестает быть женщиной. Она превращается в домашнее животное – требовательное, капризное и привередливое.