Книга Развод. Нет пути назад!, страница 39 – Любовь Трофимова

— Да, другой бы поступил иначе, — перебив, отрезал Руслан и, смерив меня прищуренным взглядом, прорычал: — Но давай оставим это на твоей совести. Не хочу больше это обсуждать.

— Совести? — охнув, удивлённо выдавила я и, хохотнув, уколола: — Кто бы говорил?

— Маш, не начинай, — поморщился он и, глянув на часы, резко сменил тему: — Мне уже пора. Собирайся, отвезу тебя домой.

Рассчитавшись за заказ, Руслан взял папку и, прихватив со столика жетон, выданный мне в гардеробе, направился к выходу. Оделся сам, потом забрал мою шубку, помог одеться и, открыв дверь, пропустил меня вперёд.

Все действия привычные, даже машинальные, но… В глаза он мне больше не смотрел и, хмурясь, напряжённо думал о чём-то своём. К парковке мы шли медленно и молча, словно исчерпали все темы, но, пользуясь случаем, я всё же решила убедиться в том, что мучило меня почти две недели.

— Кстати, забыла спросить, — подойдя к машине, я обернулась и, тщательно отслеживая эмоции Руслана, спросила: — Перед командировкой ты ночевал у мамы. Как она себя чувствует? Помню, вроде ты тогда поехал к матери из-за того, что ей стало плохо.

— Ничего серьёзного, — не задумываясь ответил он и, пожав плечами, добавил: — Просто давление поднялось, но обошлось без скорой.

— И-и? — протянула я и, пытаясь выведать чуть больше деталей, немного схитрила: — Перед поездкой не выспался, наверное?

— Наоборот, — спокойно произнёс Руслан и, помогая мне сесть в салон машины, перечислил: — Поужинали, попили чай, немного поболтали. Устал, лёг рано, проспал всю ночь как убитый.

— Хм-м, — промычала я и, дождавшись, когда Руслан сядет за руль, продолжила: — Торопишься с разводом? Мама, наверное, счастлива?

— Маша, ну хватит, — заводя мотор, проворчал он и, пристегнувшись, посмотрел на меня и со вздохом добавил: — После праздников я переезжаю в Питер. Временно возглавлю новый филиал. Вот и вся причина спешки, а не то, о чём ты подумала.

Мария

Холодность и отчуждённость Руслана меня больно ранила, а отсутствие в его поведении или словах признаков вины злила и вводила в ступор. Ни объяснений, ни сожалений, ни извинений…

Будто я не заслужила ни одного слова, позволяющего поверить, что моей вины в развале нашей семьи и его предательстве нет.

Остаток пути до дома мы ехали молча, потом Руслану кто-то позвонил и, паркуясь у подъезда, он удостоил меня лишь прощальным кивком, а стоило мне выйти из автомобиля, он тут же уехал.

Глядя вслед удаляющейся машины, я не понимала, как дальше жить, но идти на попятную не собиралась. Не в моих правилах навязываться или выпрашивать шанс, который, скорее всего, ничем хорошим не закончится.

Хотелось плакать, кричать, отлупить по щекам почти бывшего мужа, вдруг превратившегося в бездушную статую, но гордость держала меня в узде, не давая сорваться и выплеснуть эмоции.

Вернувшись домой, я вдоволь наревелась и, пообещав себе начать всё с нуля, собрала все вещи почти бывшего мужа и отправила их курьером на адрес свекрови. Не хотела видеть что-либо, напоминающее о нашей любви, но стены хранили воспоминания, не облегчая, а подпитывая мою боль.

На следующее утро Руслан приехал не один, и поговорить нам больше не удалось. У нотариуса мы оформили доверенности, заверили кучу бумаг, включая мировое соглашение, и, передав все документы юристу, запустили бракоразводный процесс.