Книга Мы, которых не было, страница 89 – Хелен Либерти

Стас молча смотрит на меня. Он знает, что сейчас лучше не лезть.

На секунду зажмуриваюсь, стараясь заглушить мысли, но слова Сереги снова бьют по голове. Стискиваю поручень так сильно, что начинает ломить пальцы.

— После того как наши отцы отошли от дел, и мы начали работать сами, я тогда хотел уйти. Помнишь? — говорит он.

— Конечно помню.

Через год после того, как мы стали работать Стас пришел ко мне и сказал, что хочет отойти от всего. Говорил, что устал от этой жизни, от грязи, от постоянного напряжения и хочет попробовать пожить спокойно. Я тогда его поддержал, сказал: если решил — уходи.

Но прошло всего несколько месяцев, и он вернулся. Ничего не объяснил. Просто снова появился и встал рядом с нами. После этого он сильно изменился. Стал еще больше закрытым, холодным. Убивал легко, без лишних эмоций. Ни один мускул на его лице не дергался, когда он нажимал на курок.

— Я никогда не рассказывал вам, что тогда произошло. И сейчас тоже не собираюсь. Но тот период научил меня одной вещи: эмоции нужно держать в узде. Потому что тогда, когда я дал им волю, пострадал близкий для меня человек… и я ее потерял.

— Ее? — спрашиваю я, изогнув бровь.

— Да, ее. И прежде, чем ты начнешь устраивать мне допрос, сразу предупреждаю: я ничего не скажу. И все твои штучки на мне не сработают.

Он на секунду задерживает на мне взгляд, потом становится серьезным.

— Просто подумай вот о чем. Сейчас твои эмоции могут навредить не только нам, но и Милене. Ты хочешь отомстить за нее, и я тебя понимаю. Но чтобы это сделать, тебе сначала нужно найти того, кто уже несколько лет портит жизнь и тебе, и нам всем.

Я молчу несколько секунд, потом киваю.

— Ты прав.

— Конечно прав. — Он хлопает меня по плечу. — Давай перевезем этого урода в другое место, немного отдохнем и с утра начнем нормально работать.

Я глубоко выдыхаю и смотрю на склад.

— Отличный план.

Утром мы собираемся с парнями в офисе. Уже пять лет фирма официально на мне, с того дня, как она перешла ко мне после смерти отца. Тогда у меня не было выбора — в двадцать один год пришлось взять на себя все, что он строил десятилетиями.

Снаружи это выглядит как обычный, уважаемый бизнес. Компания занимается недвижимостью. Мы строим и продаем объекты под офисы, торговые площади, жилые дома и квартиры. Через нас проходят крупные сделки, инвесторы, застройщики. Бумаги, переговоры, контракты, миллионы на счетах. Все чисто, легально и красиво на бумаге.

Но это только одна сторона. Та, которую видят все.

Вторая сторона никогда не отражается в документах и отчетах. О ней знают только свои. Отец много лет занимался торговлей оружием, и после его смерти этот кусок тоже перешел ко мне. Не напрямую, конечно — все идет через цепочку людей, посредников, складов и фиктивных компаний. Мы не лезем в мелкую грязь и не торгуем по подворотням. Только крупные партии, только проверенные клиенты и только через нужные каналы.

Эти два мира существуют параллельно. Многие думают, что я сижу в этом кабинете, подписываю документы на очередной жилой комплекс или офисный центр, встречаюсь с инвесторами и делаю вид, что моя жизнь — это просто бизнес.

Но здесь решаются совсем другие вопросы. И именно из-за них пострадал человек, который для меня важнее всех