Книга Проклятый мир. Путь на Дагар, страница 40 – Лилита Край

— Ты мне не нужен, сколько можно повторять?! — вскипела я.

— Хорошо, я исчезну. На время. Ты так и не открыла мой подарок…, — огорченный голос Рэнди отдалялся, растворялся в сознании оставляя понимание, какая же я тварь.

Сейчас, я видела, как безразлично причиняла ему боль. Я этого не хотела! Не хотела!

Рэнди говорил о силанти, тот самый подарок на восемнадцать лет. Я действительно открыла его только через пол года. Все его подарки, я открыла через пол года, после смерти ба! И Рэндала не было все это время, ведь я сама выгнала его! Представляю, как тяжело ему это далось. Лишь в тот момент, когда открывала коробочки и рассматривала подарки, что он дарил, которые до этого, я скидывала в темный шкаф, как не нужный хлам, осознала, мне его не хватает.

Поняла ли я, что такое боль? Сполна, и она будет преследовать меня, всю оставшуюся жизнь. Вина выжжет меня, заставит тлеть, напоминая каждую минуту, что я натворила. Прочувствовала ли? Кажется, да. Я пойму наверняка, когда проснусь. Боль потери, боль безразличия, боль от того, что родная мать, пожелала для меня такой жизни. Даже не для меня, для тех, кто любил меня, не смотря ни на что. На сколько, нужно быть подлой и обозленной на весь мир?

Боль, и есть наш истинный, внутренний мир. Это его осознание. Темнота постепенно забирала меня, погружая в бездну беззвучия и тишины. Мне будет о чем подумать, когда проснусь. Только просыпаться страшно, наверняка, будет больнее чем больно.

Глаза я раскрыла с трудом. Видимо все слезы, что пролила блуждая по воспоминаниям, были настоящими. Еще мне сильно жгло грудину. Слегка оттопырила одеяло, и увидела повязку, из листьев. Юльда постаралась, — вздохнула я, пытаясь подняться. Голова просто раскалывалась.

— Рид, — прохрипела я, так как в горле образовалась пустыня. И судя по ощущениям, сейчас там песчаная буря.

— Проснулась, — инкуб не смело приоткрыл дверку, и просунул голову.

— Будь хорошим мальчиком, принеси воды, — я плюхнулась обратно на кровать, понимая, что сил у меня нет на подъем.

— Вот, это Юльда сказала дать тебе, когда проснешься, — Рид протянул теплый отвар. Немного приподнялась, взяла чеплашку трясущимися руками, и с огромным удовольствием ее осушила. Отдала посудину инкубу, и улеглась обратно.

— Как ты себя чувствуешь?

— Как выжатый лимон.

— Это означает плохо? — Рид нахмурился, пытаясь понять, что я сказала.

— Не хорошо.

— Юльда после обеда придет, сказала мужу помочь нужно. Тебе наказано хорошо позавтракать, принять ванну или душ, как сама захочешь, — Рид активно загибал пальцы, а я пассивно, хотела его убить.

— Козлик мой, миленький, у меня голова болит сильно, а ты кричишь, — проскулила, понимая, что затыкаться он не собирается.

— Скоро пройдет, Юльда предупреждала.

— Тогда давай молча подождем, пока пройдет. Потом я обязательно выполню все указания, — отвернулась от инкуба, свернулась калачиком.

— Хорошо, я немного позже зайду, — поник парнишка, судя по голосу.

— Не обижайся, мне немного времени нужно, в себя прийти.

Он ушел, а я заплакала. Боже, как это пережить вообще?! Сердце кровью обливается, от того, что чувствую. Кроме боли, в моей душе поселилась ненависть к собственной матери. Так как я вела себя с бабушкой, это вообще не простительно. Конечно, я понимаю, что не виновата, но чувствую совсем иначе. А Рэндал? Как у него хватило сил и терпения на все это? Только последние несколько лет, я старалась быть для него другом. Кроме ба и Рэндала, ведь у меня никого не было, и получается я это не ценила, пусть и не по своей воле.