Книга Одержимый, страница 14 – Лилита Край

Ликина красота просто была. Фарфоровая кожа, иссиня-черные длинные волосы. Нескрываемая уверенность и стервозность. Анжелика всегда знала себе цену, пользовалась данными природой чудесами и не унывала. Вот только обе знали, что ее красота не более чем маленькое проклятье. Слишком красивая, чтобы быть счастливой, и слишком умная, чтобы этого не понимать.

Ева ознакомила подругу с новыми владениями, и уже хотели выйти к персоналу для более тесного знакомства, как написал Ян и просил явиться в его кабинет. Обеих.

— Даевский вызывает, — пробубнила озадачено, — познакомиться лично желает.

— Есть советы? — засуетилась Лика.

— Не бойся, вот главный совет. Он строгий, суровый и требовательный, но вполне адекватный, учитывая его возможности.

— Угу, поверю на слово, — кинула девушка, пытаясь настроиться на знакомство с начальством. С одним из.

Шли молча, в напряжении. Но стоило зайти в отдел, Ева как назло, снова врезалась в твердую грудь Даниила.

— Красота ты моя, неземная, — протянул на выдохе, — у меня скоро след от твоего лба на животе отпечатается.

— Лика, знакомься, — Ева потерла лоб, — это Даниил Романович, заместитель Яна Борисовича, — указала на подругу, — это Анжелика. Готовлю себе замену.

— Рад знакомству, — выдал хмуро, осмотрев новенькую, — вас ждут, — кивнул на дверь Даевского.

— Взаимно, — выдавила Лика, чувствуя на себе тяжелый взгляд.

Давно не испытывала такого. В нем не было привычного восхищения, огня хищника и желания уложить здесь и сейчас. Это был оценочный и профессиональный взгляд сотрудника службы безопасности, — подытожила, понимая, что в этой компании не будет проблем с домогательствами и всяким дерьмом к которому невозможно привыкнуть.

Ева как всегда постучала в дверь и не дожидаясь разрешения, ввалилась в кабинет Яна, затаскивая следом Лику.

— Здравствуйте, — поздоровалась с Яном Анжелика, неосознанно вытаращив на него и без того огромные глаза.

Он не смотрел на нее, он сканировал. Одним беглым, всевидящим взглядом с головы до ног, но без тени личного интереса. Это было похоже на проход через рамку металлоискателя в аэропорту. В нем не было ни капли того мужского эго, которое она привыкла наблюдать. Была только власть. Сила исходила от него не криком, а тишиной, которой, здесь и сейчас, был наполнен кабинет. Широкие плечи, скульптурная челюсть, шрам у виска, подозрительные и черные глаза, смотрящие сквозь, и даже легкая седина придавала ему власти, — все говорило не о желании нравиться, а о праве владеть. Он не был тем, кого можно смутить или покорить внешностью. Он был тем, от кого стоит держаться как можно дальше.

— Здравствуй, — наконец отозвался он и указав на стулья, тихо добавил, — присаживайтесь.

Пока девушки усаживались, поймал себя на мысли, что сравнивает их. Это тот самый пример, насколько красота может быть разной. Гаврилова как витрина. Дорого, красиво, не прикасаться. Внешне стервозна, любит себя, умна и амбициозна. Внутри уставший и несчастный экспонат который ищет хозяина. Взгляд скользнул на Еву. Она уже привычно устроилась в кресле, чуть нахмурив брови в ожидании. Вот ее красота настоящая. В выразительном взгляде, в упрямом изгибе бровей, в той сосредоточенной серьезности, с которой бралась за любое дело. Ее красота была не фасадом, а фактом, таким же неоспоримым, как ее компетентность.