Онлайн книга «Не убегай»
|
Взгляд цепкий, прямой — ими он сразу находит сына. Конечно же, своего любимого… Эльман тоже видит его, и его лицо каменеет. Никакого удивления. Никакой радости. Только медленно сжавшаяся челюсть. Я понимаю: они не должны были встретиться. Они много лет не видятся и сейчас не должны были. Разве что только на нашей с Мурадом свадьбе. Здесь Мурад отказался делать выбор в пользу отца или брата, и, разумеется, он ожидает увидеть всю семью в сборе, несмотря на имеющиеся разногласия. — Эсма, в машину, — спокойно говорит Эльман. — Неть! Эсма хмуро смотрит на отца, тот в ответ недовольно складывает руки на груди и повторяет: — Эс-ма, — по слогам повторяет он. — Опять не слушаешься? — Да! Я с дядей Мурадом останусь! Мурад усмехается, и в ситуацию вмешивается Ясмин: — Детка, с дядей Мурадом тебе не понравится. Потом будешь к папе проситься… — Неть! Понравится! — говорит Эсма и поджимает губы. — Это же бабушка! — восклицает Юна. Эсма тоже машет Диане: — Бабушка! Диана уже идет к ним, улыбаясь сквозь слезы. — Мои хорошие… — она наклоняется, обнимает Эсму, целует в макушку Эльяса и Юну. — Как вы выросли… После приветствия Эльман берет Эсму за плечи и мягко, но твердо усаживает ее в машину и закрывает дверь, несмотря на начинающуюся истерику дочери и ее сопротивление. В этот момент Эмин делает шаг вперед. — Эльман, — произносит он. — Сынок… Эльман не отвечает. Он глухо игнорирует отца и обращается исключительно к матери: — Мам, увидитесь завтра, ладно? У детей режим. Эмин подходит ближе. Его взгляд скользит по детям — быстро, жадно, будто пытается запомнить лица. — Дай мне хотя бы поздороваться, — начинает он и протягивает руку. Просто руку. Мужскую. Отцу — сыну. Эльман смотрит на нее, и я вижу, как у него дергается челюсть. Как напрягается шея. Как в глазах вспыхивает что-то, похожее на злость. — Я обещал, — произносит он тихо. — Ты не увидишь моих детей. Ты для них никто. Затем тихо обороняет: — Как и для меня… Эльман резко закрывает вторую дверь с Юной и Эльясом, после чего поворачивается к Ясмин: — Садись в машину. Она проходит мимо свекра, не поднимая глаз, здоровается лишь с Дианой, после чего юркает на переднее сиденье. Мы машем друг другу, она отправляет мне воздушный поцелуй и губами желает «удачи». Кажется, после этого она мне точно пригодится… Я замечаю, как дети изнутри машины смотрят на Эмина Шаха с обычным любопытством. Они не знают, кто он. Для них это просто чужой человек. Эмин делает к ним шаг, будто хочет посмотреть на них снова, но между ними, увы, тонированное стекло. Он протягивает руку к окну, как будто может коснуться через стекло, а Эльман в это время морщится и медленно стряхивает с ладоней невидимую пыль, будто только что коснулся чего-то грязного, жмет руку Мураду и садится за руль. Мы с ним лишь коротко киваем друг другу, и меня такой коннект с мужской половиной семьи более чем устраивает. Диана смотрит вслед машине со слезами в глазах, когда та выезжает за ворота. Да-а, это не просто «сложные отношения». Эльман не просто не общается с отцом. Он лишил его внуков. Лишил права знать их. Он вычеркнул его из их жизни. Эмин наконец переводит взгляд на меня, обводит лицо своими бледно-серыми глазами, и в этот момент мне хочется провалиться сквозь землю, потому что я до последнего не знаю, чего ожидать от этого мужчины. Одобрения или взгляда, который смешает меня с грязью, ведь одну из невесток он уже смешал, за что в семье произошел раскол. |