Книга Искать убийцу, страница 228 – Фаниль Галеев

Частный детектив ответил не сразу. Он видел, что Рейниш не так прост, каким казался в первые минуты их встречи, и каждое необдуманно сказанное слово может сломать ход их застольной беседы, превратить его в официальный допрос, который бы выглядел в данный момент неуместным и нелепым.

— Что вы, нет, – сказал он со спокойной улыбкой. – Ведь было следствие, имеется судебный приговор… Личность Ситникова нас интересует в связи с другим делом.

— Каким, извольте поинтересоваться? – Рейниш все еще держал частного детектива под своим пристальным взглядом.

— Видите ли… В сущности, у нас нет от вас никаких секретов. Но поймите, у меня частная контора, своя клиентура, и я связан с ней определенными обязательствами…

— Конечно, конечно! – понимающе закивал головой Рейниш. – Надеюсь, мой ответ удовлетворил вас? Или у вас есть ко мне еще какие-то вопросы?

— Да. Значит, Ситникова по вашему ходатайству освободили. Часто вы виделись с ним после этого?

Не ответив сразу, доктор с деловитым спокойствием наполнил рюмки, подняв свою, улыбнулся и, чуть игриво подмигнув сыщикам, предложил:

— Махнем-ка, ребята, еще по одной!

Сыщики, несмотря на некоторую напряженность их разговора, сочли неудобным возражать гостеприимному хозяину.

Выпив и немного закусив, доктор как бы сразу повеселел и заговорил свободно и раскованно, словно рассказывал какую-то рыбацкую байку:

— Я уже говорил, Ситников в дни, предшествующие его смерти, находился дома. Мы выписали ему все необходимые лекарства. Ухаживала за ним мать. Я посетил Ситникова один раз, незадолго до его смерти. Уж вы простите, но картина была удручающей. Он изменился до неузнаваемости: одни кости, обтянутые кожей. И еще после его кончины по просьбе следователя я присутствовал при осмотре тела покойного. Там находились также его мать, соседка и еще какие-то граждане, вероятно, понятые. Факт смерти Ситникова и ее причины ни у кого не вызывали сомнений. Следователь сначала хотел назначить судебно-медицинскую экспертизу трупа, но, переговорив с прокурором, отказался от этой затеи. Потом Ситникова похоронили, я и следователь присутствовали при погребении и оформили соответствующие документы.

— Мать Ситникова тоже присутствовала при похоронах?

— Конечно! Какая же мать не проводит в последний путь своего сына!

— Она сильно переживала его смерть?

— А как вы думали? Потерять единственного сына, находившегося в самом расцвете сил…

— Да уж, не приведи Господь! – проговорил молчавший доселе майор. – Хорошо еще, есть добрые люди, которые могут поддержать, помочь в трудную минуту. Кстати, вы знакомы с ее соседкой Леонтьевой Ольгой Сергеевной?

— А, это та молчаливая учительница… – искоса посмотрел Рейниш на стоявшую на столе бутылку с недопитым коньяком. – Да, я видел ее в доме Ситниковых. Угрюмая, больная женщина. Она присутствовала при осмотре и опознании трупа Ситникова и, кажется, была на похоронах.

— А этот Австер Михаил Шеманович… Ну тот, что давал заключение о болезни Ситникова… – опять вступил в разговор частный детектив. – Он продолжает работать в городском онкологическом диспансере?

— Нет, Михаил Шеманович уехал в прошлом году в Израиль и, кажется, там женился, – с видом тщедушного простака отвечал Рейниш. – Вы что, сомневаетесь в объективности его заключения? Ну, это зря. Он исключительно порядочный человек. Прекрасный специалист.