Книга Эхо падающей звезды, страница 2 – Татьяна Богатова

Еремеев ещё минут пять метался по вагончику, бубня себе под нос ругательства в адрес молодого коллеги. Присмиревший Алёшка приткнулся в углу, хихикая втихомолку, но стараясь держаться неподалёку от Валеры.

— Опять Лёха подлянку Витюше кинул, — раздался хриплый фальцет Петра Маханько, приземистого румяного мужичка предпенсионного возраста, объяснившего происходящее: — В сотовом будильник поставил на четыре утра.

— Не я это, — подал голос Алёшка.

— А кто?! — отозвался от противоположной стены Еремеев, но приближаться не стал, наткнувшись на взгляд Лаврова.

— У Витюши звонок прозвенел, — продолжал Пётр, который добирался на работу вместе с Еремеевым из районного центра, расположенного от комбината за двадцать километров, — и он, недолго думая, морду вымыл, оделся и на остановку припёрся. Стоит-стоит, ни автобуса, ни людей вокруг. Потом только догадался на часы в мобиле посмотреть да домой вернулся досыпать.

— Нет, Николав, — снова взвился метавшийся, словно тигр по клетке, Еремеев, — ну ты смотри, каков прохвост! Ведь это же надо?! В сотовый влез, звонок переставил.

— Да не ставил я, — опять возразил Алёшка, опасливо выглядывая из-за плеча мастера. — Может, ты сам на что нажал и у тебя время перескочило?

— Нет, ну главное, — продолжал разоряться Виктор, — жена выглянула, спрашивает: «Ты куда в такую рань?». Я ещё рявкнул на неё, мол, не твоё дело. А оно вон чего оказалось!

Еремеев и дома с родными порой бывал крут на расправу. Как-то раз, вернувшись с работы и увидев на столе гору немытой посуды, после нескольких безответных просьб в адрес жены и пятнадцатилетней дочери, смахнув своей ручищей со стола утварь, самолично собрал осколки в ведро и вынес на помойку. Потому что любит Виктор, чтобы вокруг него соблюдались чистота и порядок. С тех пор, во избежание покупки новых тарелок и чашек, женщины старались, чтобы грозный хозяин дома не заставал грязной посуды ни на столе, ни в раковине. Однажды гнев обрушился на двенадцатилетнего сына, которого отец дважды попросил выключить в комнате свет, чтобы спокойно заснуть. Сын то ли не услышал, то ли посчитал, что отец и сам может погасить люстру, которая в следующее мгновение разлетелась вдребезги под ударом брошенного взбешённым отцом механического будильника. Новую люстру, конечно, со временем приобрели, но с тех пор Виктор пробуждался по будильнику на сотовом. А в целом Еремеев был добрейшей души человек.

— Так, Витя, — решительно прекратил скандал Валера. — Пошумели и хватит. Занимайте места, согласно купленным билетам. Вас ожидает пятнадцать минут информации по охране труда.

Несмотря ни на что, Еремеев моментально подчинился своему молодому начальнику. Хотя и не занял место на одном из стульев, как остальные пятеро членов бригады, но кружиться по вагончику перестал и замер в углу, возле двери, скрестив по-прежнему сжатые в кулаки руки на груди.

— Ну давай, Валерий Николаич, — подначил Маханько мастера, — вещай, рассказывай, как космические корабли бороздят просторы Большого театра.

— Тишина в зале, — глянул в сторону насмешника Валера. — Итак, новая инструкция безопасности движения по территории железнодорожной станции.

* * *

Спустя полчаса, когда время приблизилось к началу рабочего дня — восьми часам, — члены бригады разошлись по определённым мастером рабочим участкам обширной территории станции. Безотказному в работе и самому сильному физически Еремееву выпало задание заменить рельс на одной из веток промышленного железнодорожного пути. В помощь к нему Валера направил бригадира — пятидесятилетнего Олега Складчикова — невысокого с округлым брюшком добродушного блондина со светлыми бровями и ресницами, а также виновника утреннего переполоха — Алёшку.