Книга Отель «Реббека», страница 56 – Рада Артемьева

Терпение Эллен сдувалось на глазах. Ничего уже не имело значения. Просить помощи у следователя – это все, на что оставалось надеяться. Хочется сдаваться или нет, но иметь секреты становилось опасно. Теперь в защите нуждались другие люди. Происшествие с Меркьюри – это было лишь начало. Очень возможно, что этот человек появится здесь скоро. Тогда будет точно несдобровать. Надо перестраховаться. Пора взывать к помощи полиции!

Весь день пришлось бороться с нарастающим страхом и представлять, какой станет реакция Николя. Эллен продумывала правильные ответы: готовила фразы, которыми будет пользоваться для достижения эффекта. Она решила так: надо рассказать все в красках Гозлану. Следователь просто обязан вмешаться в историю о Меркьюри вне зависимости от того, понравится ли эта затея Николя или нет. Да, скорее всего, директор будет категорически против того, чтобы с Меркьюри велась работа. Он будет кричать, что не позволит вмешиваться в дела семьи, что все это их личные проблемы и так далее. Не захочет высвечивать давнюю легенду. Будет противиться, выкручиваться! Но это уже не будет иметь значения. Она все расскажет.

Сейчас бездействие становится таким же преступлением, как и то, что совершил Меркьюри. Молчать – значит содействовать убийце, проявлять преступную халатность в отношении дела! В смерти Венсана виновен Меркьюри – это, к сожалению, уже факт. Теперь ничего не остается, как только вымаливать прощения у самого Николя и надеяться на помощь, которую окажет полиция.

Встречу организовали, конечно, в библиотеке. Эллен попросила выделить полчаса на очень важный для нее разговор. Мсье Гозлан и Николя приехали точно к назначенному времени.

В библиотеке стало холодно. Резкая перемена погоды совпала с переменами в отеле, которые расшатали привычный распорядок жизни. Эллен немного потряхивало, однако она не могла понять истинную природу тремора: так ли на нее действуют заморозки последних дней или ей просто страшно. Она застегнула свой пиджак и содрогнулась.

Мужчины друг другу кивнули, и каждый занял любимую позицию: Гозлан, как всегда, бухнулся в кресло, мсье де Бриссак встал возле письменного стола.

Чтобы скрыть волнение, Эллен блуждала по библиотеке из стороны в сторону. Она ждала, когда все рассядутся и она сможет сосредоточиться. В сознании прокручивала будущие речи, которые готовила все последние часы до этого.

Эллен сразу предупредила, что должна сообщить важную новость, о которой тяжело говорить, поэтому попросила отнестись с пониманием к проблеме. Тайно она надеялась на то, что Николя не нападет на нее хотя бы при Гозлане.

— Мсье де Бриссак, – начала она и посмотрела в глаза директору, – я вынуждена сознаться в том, что совершила ужасную ошибку.

Гозлан с глубочайшим вниманием перевел взгляд на Николя, словно хотел понаблюдать за его реакцией вне зависимости от того, что будет озвучено.

В помещении настроилась та степень тишины, которую обычно называют «гробовая». Эллен пару секунд подбирала слова. Для Николя они продлились гораздо дольше.

— Приезжал мсье Меркьюри, – выдала она. – И мы его не смогли принять. Он уехал обратно. Все получилось как-то быстро и совсем не удачно. Я вынуждена просить у вас прощения. Это моя вина, безусловно.

Несколько секунд молчания. Затем едва заметный, словно вкрадчивый звук: