Книга Бегство в пустоту, страница 66 – Александр Чернов

Как в воду глядел! Значит, сам Кузнецов ходит и собирает свидетельские показания. Что ж, похвально. Только бы на глаза ему не попасться. А то я же пообещал ему не заниматься более убийствами Ивана Царапкина и Марины Мороз.

— Я не работаю в государственной структуре, Зинаида Ивановна, – проговорил я терпеливо, так, как человек, который вынужден общаться с людьми недалекими. – И не могу требовать у официального представителя власти поделиться со мной информацией. Ответьте, пожалуйста, на несколько моих вопросов. Я не отниму у вас много времени.

Адонина переменила третью танцевальную позицию на четвертую, выставив одну ногу вперед.

— Извините, как вас зовут? – поинтересовалась она, вновь близоруко сощурившись.

Я снова прижал подбородок к груди и назвался:

— Гладышев Игорь Степанович. Но для вас я Игорь.

— За что же такая поблажка? – чуть кокетливо спросила Зинаида Ивановна, хлопнув ресницами, которые были чуть подкрашены. – Вы хотите сказать, что я такая старая и могу вас называть просто по имени без отчества?

Мне очень хотелось сказать: «Да нет, вы еще очень даже ничего, и если бы мне было не тридцать шесть, а семьдесят пять, то я непременно на вас запал бы». Однако вслух я сказал следующее:

— Нет, Зинаида Ивановна, вы дама, а дамам я позволяю называть меня просто по имени и даже уменьшительно-ласкательным именем и на «ты».

Я уж подумал, что контакт налажен, но вдруг Адонина скорчила виноватую мину и проговорила:

— Вы знаете, Игорь, я ужасно спешу. Меня пригласили в гости. Так что давайте поговорим как-нибудь в другой раз.

«Вот чертова бебешка!» – возмутился я в душе. Никак с ней не договориться. Действительно специфичная особа, как отрекомендовала ее Евгения Анатольевна.

— Зинаида Ивановна, – проговорил я тоном утомившегося человека, – я не отниму у вас много времени. Всего несколько минут. Это во-первых, а во-вторых, надо же помочь соседу…

Адонина сделала удивленные глаза.

— Вы что, тоже живете в Темных Аллеях?!

— Да нет, – отмахнулся я. – Я имею в виду Илью Леденева. Его же вроде подозревают в убийстве Марины Мороз. Поэтому надо было бы помочь снять с соседа подозрения. Да и Евгения Анатольевна, его мама, просила вас посодействовать, – стал давить я на совесть непоседливой женщине.

Она несколько мгновений раздумывала, потом проговорила:

— Ну хорошо, – и встала в такую позу, будто собиралась станцевать со мной «Аргентинское танго». – Давайте поговорим. Я уважаю Евгению Анатольевну и не прочь ей помочь.

Я глянул по сторонам, на улице вроде никого не было – мне очень не хотелось попасться на глаза майору Кузнецову. Я вновь взглянул на Адонину, осклабился и сказал:

— Мы так и будем здесь разговаривать?

— Ах да, – спохватилась Зинаида Ивановна, развернулась и, бросив мне через плечо: – Пойдемте в дом, – двинулась к крыльцу.

Я ступил на территорию участка, прикрыл калитку и пошел следом за нею.

— Вы знаете, Игорь, я ведь редко бываю дома. Просто чудо, что вы меня застали, – то и дело оборачиваясь, щебетала Зинаида Ивановна. – После смерти мужа мне так тяжело жилось, так тяжело, что хоть в петлю лезь. Очень тоскливо одной. Конечно, у меня есть дети и внуки, они не оставляют меня, приезжают, но только по выходным и праздникам. А так все одна да одна. Но мне удалось выбраться из депрессии. Я смирилась с уходом супруга и немного ожила. Я стараюсь больше бывать на людях, поэтому и езжу в гости, хожу на всевозможные мероприятия, концерты, фестивали, конкурсы, хожу в кино. Благо, что у меня есть машина. Осталась от мужа. Вот на ней я и раскатываю. А еще я подрабатываю, я же по профессии хореограф. Когда-то в молодости сама танцевала в ансамбле, потом стала преподавать в Доме культуры в Москве, а потом, когда с мужем после выхода на пенсию переехали на дачу, это дело забросила, но сейчас снова взялась и веду танцевальный кружок в районном центре в местном Дворце молодежи.