Книга Принцип трех обезьян, страница 142 – Ирина Левит

— А вообще, конечно, ситуация… – продолжил Жор Жорыч. – Когда мы здесь узнали о Виталии Скачкове… поначалу не могли поверить!

— А в отношении Валентины Тимофеевны Савушкиной поверить смогли?

— Ну, об этом, по крайней мере в санатории, никто не знает. Валентина Тимофеевна якобы срочно уехала в город и подала заявление об увольнении. Хотя медперсонал очень расстроился. К ней прекрасно относились. И к Виталию, между прочим, тоже. В общем, у нас здесь сейчас очень непростая ситуация. Ирина Андреевна просто в шоке.

— Сочувствую, – сочла нужным сказать Вера.

— Она сегодня рано утром улетела в Москву и просила вам и следователю Павлинову передать, что очень вам признательна. Причем за все. Что значит «за все», я не понял, но передаю дословно.

Вера мысленно усмехнулась. В каком бы шоке ни пребывала Голубович, она, конечно, не могла выкинуть из головы видеозапись с ее зятем, а то, что это осталось тайной, посчитала большим благом. Впрочем, сама запись ничего не проясняла в отношении убийства, а потому Павлинов счел возможным не приобщать ее к делу. Вера даже несколько удивилась такому благородству, однако Вадим отмахнулся: если нет острой необходимости влезать в сугубо интимные дела, то лучше не надо. Вера тогда подумала, что у него явно имеются какие-то, не исключено, сугубо личные мотивы.

— Ирина Андреевна, вероятно, уедет отсюда? – предположила Вера.

— Ни в коем случае! – опроверг Ланкур. – Да, она намеревалась вернуться в Москву. Сергей Терновский просил ее поработать здесь года два, максимум два с половиной. Срок вышел, Ирина Андреевна уже присмотрела себе замену, весьма дельного человека из города, но теперь она здесь точно на год останется. Она так решила.

— Вот как? А почему? – удивилась Вера.

— Надо знать Ирину Андреевну! Она считает, что потерпела фиаско. Проглядеть наркоторговцев под собственным носом! Так ошибиться в своем заместителе и сисадмине, в людях, которых она лично выбрала! Это для нее жуткий удар по самолюбию! А она никогда не позволит себе уйти в проигрыше. Нет-нет! Она все выправит, все сделает на высшем уровне и только тогда уедет. Никак не раньше.

— Да уж, ваш друг Терновский знал, кого отправить поднимать санаторий, – оценила Вера.

Ланкур улыбнулся, после чего заговорил доверительно:

— Ирина Андреевна действительно прекрасный руководитель. Сергей знал, что ей можно поручить самое сложное дело. Но… только сугубо между нами… была еще одна причина, почему Сергей хотел отправить Ирину Андреевну в Кураевск. И эта причина – женитьба его сына Глеба на Нике, дочке Ирины Андреевны.

Вера посмотрела с недоумением.

— Именно такая причина, – улыбка Жор Жорыча превратилась в усмешку, правда, весьма добродушную. – Сергей в свое время женился по большой и взаимной любви. Но в первые два года супруги едва не разошлись. А все из-за тещи.

— Она была злыдней?

— Напротив! Замечательной женщиной! Умной, образованной, интеллигентной, порядочной и просто обожавшей своего зятя! Овдовевшая к тому времени, она так старалась, чтобы в молодой семье было все замечательно, что буквально задушила своими вниманием, заботой и мудрыми советами. В результате между Сергеем и его женой Катей начались трения, перерастающие в конфликты, а теща, замечая это, еще больше усиливала свое участие. Из самых лучших побуждений! Но тут Сергею и Кате повезло. Теща была специалистом по японскому языку, и ее пригласили на работу в наше посольство в Токио. Она уехала на два года, руководить на таком расстоянии в те времена было сложно, и у Терновских все наладилось. А вернувшись, теща увидела, что в семье все отлично, и успокоилась. Так вот, когда Глеб женился на Нике, Сергей, памятуя о своем прошлом, решил на время отправить подальше Ирину Андреевну.