Книга Принцип трех обезьян, страница 115 – Ирина Левит

— Это какими же? – прервала монолог Грознова.

— Такими, что упаковку наркотиков вы возьмете, но никого конкретно не схватите за руку. Только устроите в медцентре шум и гам. У вас не будет ни на кого никаких доказательств. У меня же есть предложение. В медцентре товар принимает медсестра Дарья Белякова. Фляги оставляют в помещении, которое с двух сторон – изнутри и с улицы – закрывается на автоматические двери. Если ваши люди начнут ломиться в помещение, Белякова услышит. И либо просто не станет вынимать товар, либо сбросит его назад. Куда потом она передает упаковку, моим людям выяснить на данный момент не удалось, но должна быть надежная схема. В любом случае, у вас мало шансов поймать на горячем. Но если мои и ваши люди объединятся, то шанс велик. У меня сейчас в медцентре находятся два человека. Они в помещении, куда поступают фляги, установили камеры скрытого наблюдения. То есть все действия Беляковой будут зафиксированы. Кроме того, у них есть ключи от дверей, им никуда не надо вламываться и они ее быстро возьмут. После чего, опять-таки без шума и гама, совершенно тихо, передадут вашим коллегам. Естественно, будут переданы и все материалы моего внутреннего расследования.

— Мне кажется, больше всего вас заботит, чтобы все прошло тихо, – скривила губы Грознова.

— Да, меня это заботит, – подтвердил Терновский. – Но это должно заботить и вас, если вы хотите разобраться, кому из медцентра передается товар. Шум и гам скрыть не удастся, а я не исключаю, что тот, кто забирает наркотики у Беляковой, присматривает за процессом. Иными словами, свяжитесь оперативно со своими коллегами и предложите им мой вариант как наиболее разумный. Фотографию Беляковой, а также фотографии и контакты моих людей, свои контакты я вам сейчас перешлю. Ну, что скажете?

Грознова помолчала несколько секунд и ответила:

— Я свяжусь с коллегами.

— И дайте, пожалуйста, мне знать, о чем договорились. У нас не много времени.

Терновский отключился, и Ланкур поднялся со стула со словами:

— Я отлучусь, не стану вам мешать, а вы располагайтесь, как вам удобно.

После чего покинул номер.

Вернулся минут через двадцать, деликатно стукнул в собственную дверь и услышал:

— Заходите!

Грознова сидела уже не за столом, а в мягком кресле, в несколько расслабленной позе, но со строгим выражением лица.

— Я переговорила с коллегами. Они приняли предложение господина Терновского, – сказала она.

— Это очень разумно. – Ланкур посмотрел на часы. – Может, вы сходите на обед, а мы потом продолжим нашу беседу?

— Нет. Я сначала хочу познакомиться с подробностями, которые, по словам господина Терновского, вы готовы мне изложить. – Прозвучало это подчеркнуто официально, что вызвало у Ланкура улыбку: он привык видеть милую любезную женщину, а в данный момент перед ним сидела дама в мундире. Или, по крайней мере, дама, которая ощущала себя в мундире.

— Тогда я готов предложить вам кофе или чай. У меня прекрасный кофе, с утра помолотый, и я его мастерски варю.

— Прекрасный кофе… – Грознова усмехнулась.

Ланкур не понял, к чему относится эта усмешка, и уточнил:

— Так кофе?

— Да, спасибо.

— А еще у меня есть прекрасное печенье. Мне его привозит из Москвы Ирина Андреевна Голубович. В отличие от меня, она там регулярно бывает. Рядом с офисом «Здравницы» есть чудесная пекарня, там пекут это печенье.