Онлайн книга «Месть Танатоса»
|
— Леша, успокойся, — сурово приказал ему капитан. Но Маренн заметила, что и на его глаза навернулись слезы. — Кому ты все это говоришь? Она же… Она же — не наша. — Но тоже человек! — воскликнул санинструктор. — Должна же понимать. Нужна нам их Германия, пусть живут, как знают. А нам домой надо, к маме. Что ты его матери скажешь? Что он погиб, а ты на ступенях Рейхстага краковяк плясал?! — Замолчи! — прикрикнул на него капитан. — Что она-то сделать может? Что она, светило? Да и есть ли у него мать… Маренн внимательно посмотрела на них обоих. Затем снова склонилась над раненым. — У Вас есть какой-то инструмент? — спросила она санинструктора. — Дайте. Тот поспешно протянул ей щипцы. — Вы вообще-то стерилизуете их? — недовольно поинтересовалась она. Капитан больно толкнул санинструктора в бок — юноша потупил глаза, пристыженный. Маренн осмотрела рану. Если немедленно оперировать, еще можно спасти. Но… Как оперировать? Ведь для этого надо нести раненого на второй этаж. И позволят ли ей его оперировать? Наверняка изъявят желание стоять рядом… А им ни в коем случае нельзя появляться на втором этаже. Но человек умирает — это ясно… — Если немедленно сделать операцию — можно помочь, — сказала она санинструктору. — Вы согласны ассистировать мне? — Я? — переспросил молодой человек неуверенно. — Да, Вы. А кто же? — Но Вы же… — Я прооперирую его, — Маренн не дала ему высказать мысль о том, что она — всего лишь медсестра. — Вам повезло. Кроме Америки, такие операции еще делались здесь, в Шарите, — сообщила она и тут же уточнила: — Но со мной пойдете только Вы. Вытрите сопли. И пожалуйста, тщательно вымойте руки и обувь. Я повторяю, наверху — больные люди, им необходимы стерильная чистота, тишина и покой. Халат, перчатки и марлевую повязку я Вам дам. Остальные, — она строго взглянула на капитана, — будут ждать здесь. Помогите мне, — попросила она и сама взялась за край носилок. Санинструктор, заметно повеселев, подхватил с другой стороны. Вместе они отнесли больного в операционную. Капитан и его солдаты остались внизу. * * * Раненый открыл глаза, несколько мгновений смотрел на Маренн и снова закрыл. — Alles gut, — донесся до него женский голос. — Что с ним? — испуганно спросил у немки санинструктор. — Он умер? — Нет, нет, что Вы! — успокоила его Маренн. — Теперь все самое страшное для него позади. Он спит. Завтра Вы отправите его в госпиталь. У него хорошее здоровье, раз он продержался почти неделю с таким ранением. Ваш парень быстро пойдет на поправку… Санинструктор облегченно вздохнул. — Вы по профессии медик? — улыбнувшись, спросила его Маренн. — Нет, не совсем, — смущенно ответил юноша. — Я не успел доучиться. Ушел со второго курса. — Давно воюете? — Третий год. — Ну, у Вас все еще впереди, — кивнула Маренн, — Вы полумили неоценимый опыт за это время. Я даже думала, что у Вас есть диплом. Вы хорошо работали. Спасибо. — Правда? — санинструктор зарделся от удовольствия. — А мой профессор в Москве, когда принимал у меня экзамен, сказал, что я очень невнимательный, «беспорядочный», как он выразился, и из меня никогда не получится толкового хирурга. — Я могла бы возразить Вашему профессору, — заметила Маренн, — и отрекомендовать Вас ему совсем с другой стороны. Увы, это невозможно. Думаю, когда Вы вернетесь, он сам обратит внимание, как Вы переменились. В лучшую сторону. |