Книга Месть Танатоса, страница 10 – Виктория Дьякова

Не откладывая надолго, Лотта, пока не угасла решимость, написала Натали Голицыной в Версаль письмо с просьбой принять ее. Как ни странно, та согласилась. Выслушав же пожелание гостьи, пожала с удивлением плечами, но Лотта видела, что большие синие глаза русской аристократки смотрели на нее серьезно. Натали Голицына проводила Лотту, так ничего и не пообещав ей, но и не отказав, — скорее она молча согласилась.

Лотта терялась в догадках. Вероятно, она все же ошиблась и надо было искать иные пути. Но какие? Иных путей у нее не было. Но, как оказалось, интуиция не подвела — Лотта попала в точку, хотя пришлось проявить терпение.

Встречи с Альфредом Науйоксом Лотта ждала почти два года. Она уже потеряла всякую надежду и почти перестала думать о своем разговоре с Натали, полагая, что та давно уже забыла об их встрече и невысказанном обещании, либо просто не в состоянии выполнить его, так как штандартенфюрер мог просто отказаться от встречи. Поэтому когда однажды утром в ее офисе в Гамбурге раздался телефонный звонок, и незнакомый мужской голос произнес: «Фрау Вайслог, доброе утро. Наша общая знакомая передала мне, что Вы хотели бы увидеться со мной», — Лотта не сразу сообразила, кто бы это мог быть.

Однако, почувствовав ее замешательство, незнакомец пояснил:

— Я не мог отказать Натали, но, к сожалению, помочь ей выполнить ее обещание могу только сейчас, — и тут же предложил: — Давайте встретимся в Берлине, в эту субботу, около Рейхстага. Мне кажется, это будет красиво. Вам хватит недели, чтобы собраться? И пожалуйста, никаких магнитофонов, — предупредил вежливо, но холодно, — Я знаете ли, еще не готов официально общаться с прессой. И желательно без сопровождения полиции. Мы поговорим с Вами о любви. Договорились? — насмешливые нотки в голосе Альфреда Науйокса, а теперь Лотта не сомневалась, что это был именно он, помогли ей преодолеть смятение, в которое поверг ее долгожданный, но все же неожиданный звонок.

— Так мы договорились, — повторил бывший штандартенфюрер, — или нет?

— Да, да, конечно, — спохватилась Лотта. — Я буду там обязательно. Обязательно буду.

— Тогда до встречи. В полдень. Всего хорошего, — и он повесил трубку.

Лотта обессилено опустилась в кресло. В руках она все еще держала трубку телефонного аппарата, словно боясь поверить в то, что произошло, и ожидая услышать, что ее разыграли.

Однако настойчивые серии коротких гудков говорили о том, что все уже кончилось. Точнее, все только начинается… ОДЕССА откликнулась, сам штандартенфюрер Науйокс жив и, кажется, вполне здоров, и даже не потерял своего знаменитого чувства юмора. Она только что говорила с ним. И он назначил ей встречу. Значит, Натали Голицына все прекрасно поняла и довела до сведения бывшего эсэсовца визит Лотты в Версаль. Почему же они тянули так долго? Опять выжидали, что она предпримет дальше? И почему он все-таки согласился на встречу? Он же прекрасно понимает, что речь пойдет не о мемуарах. Да и зачем они ему, мемуары? Даже Отто Скорцени не устоял перед соблазном поведать о своем геройстве миру, а вот Альфред Науйокс, тот, похоже, совсем из другого теста.

Впрочем, зачем гадать? Всего неделя, каких-нибудь пять дней, один из которых уже почти прошел, — и все прояснится. Интересно, каким он стал, этот Альфред Науйокс, нордический красавец со спортивной фигурой, холеный ариец, олимпийский чемпион. Должно быть, он уже очень стар. Но, судя по голосу, чувствует себя бодро. Как сложилась его жизнь и чем он занимался все послевоенные годы? Был ли он сподвижником Скорцени по «черному интернационалу» или до поры до времени шел своим путем? Действительно ли он убил Гейдриха? Что думает он теперь о нацизме и о Германии? Видимо, этот вопрос ему небезразличен, раз он предлагает встретиться на ступенях Рейхстага. И главное, он, конечно, знает все про ту самую женщину, которая долгие годы была спутницей Скорцени — как близкий друг обер-диверсанта, он не мог не общаться с ней.