Книга «Тигр» охотится ночью, страница 100 – Виктория Дьякова

— Вы не ошибаетесь, сэр: возвращение майора Роджерса важно в первую очередь для моей дочери, – кивнула Маренн. – Примите мою огромную признательность за вашу искренность. И передайте от меня привет жене. А сыну желаю скорейшего выздоровления. Пусть не забывает выполнять все мои рекомендации.

— Обязательно передам, мэм. Еще раз спасибо вам за сына. Я напишу жене, что лично встречался с вами, и передам ваши пожелания дословно. Вы – наш светлый ангел, как говорил президент Линкольн. Ангел всей нашей армии.

— Не преувеличивайте, сэр, – чуть смущенно улыбнулась Маренн. – Хотя не стану скрывать: мне приятно слышать похвальную оценку своего скромного труда. И пусть мои слова не покажутся вам напыщенными: каждое выздоровление, каждая победа над смертью для меня и сегодня важны точно так же, как в самом начале карьеры.

— Я знаю, что вы начинали свою карьеру в Чикаго.

— Верно.

— Америке есть кем гордиться.

— Ей есть кем гордиться и без меня, – снова улыбнулась Маренн и поклонилась, прощаясь.

— Как только майор Роджерс вернется, я сразу отправлю его к вам, – пообещал Дэвидсон вдогонку.

— Мэм, к вам прибыл майор Роджерс, – доложил дежурный санитар. – Впустить?

— Майор Роджерс? – переспросила Маренн, нехотя оторвав взгляд от ренгеновского снимка. И тут же встрепенулась: – Да, да, конечно, конечно.

Она вышла из-за стола. За окном уже опустилась очаровательная сайгонская ночь. Через открытое окно доносилось кваканье лягушек в пруду. Здесь, во Вьетнаме, их называли «повелительницами неба», поскольку вслед за их «ква-концертом» начинался дождь.

— Мэм, прошу прощения, что отрываю вас от дел…

Маренн оглянулась. На пороге стоял высокий, атлетического сложения молодой мужчина. Светлые волосы слегка взъерошены. На загорелом до черноты лице – ясные светло-серые глаза. На щеках – щетина трехдневной, наверное, давности. В первый момент Маренн показалось, что пришел ее Штефан, только заметно повзрослевший, и у нее замерло сердце. Да, теперь она поняла, почему выбор Натали пал именно на этого парня. В руках ночной гость держал букет розовых лотосов.

— Мэм, могу я увидеть мисс Натали? – спросил Том, отдав честь звездам бригадного генерала, пусть и медицинской службы, на воротнике встретившей его женщины.

— Она ждала вас, Том, входите. – Маренн прикрыла за ним дверь. – Мы все ждали. Натали сегодня целый день оперировала и очень устала. Да еще и переживала за вас круглосуточно. Вот я и дала ей успокоительное. Она сейчас спит…

— Мне зайти позже, мэм?

— Ну что вы, почему?! – От внимания Маренн не ускользнуло, что Том мгновенно расстроился. – К тому же такие красивые цветы принесли! Думаю, их надо вручить Натали как можно скорее. Она здесь, Том, в соседней комнате. Полагаю, вам даже будить ее не придется – проснется сама, едва почувствовав ваше присутствие. – Маренн приоткрыла дверь в смежную комнату: – Пройдите, Том. Не стесняйтесь. Я не буду вам мешать.

Наталья почувствовала, как ее щеки коснулось что-то мягкое.

— Штефан… – нежно произнесла она, просыпаясь.

Открыла глаза. Рядом с ней сидел Том. На подушке лежали пять розовых лотосов, чьи лепестки и разбудили ее.

— Том? Том?! – она приподнялась на локте. – Или я все еще сплю?

— Да, это я.

— Боже, Том! Я уже отчаялась когда-нибудь дождаться тебя! – Наталья отбросила с лица волосы, счастливо улыбнулась. – Зарос весь… Почему не побрился?