Книга Ледяной змей, страница 35 – Виктория Дьякова

— Две тысячи восемнадцать, – повторила Аня задумчиво. – Год чемпионата мира по футболу. Кто-то в управляющей компании активный болельщик?

— Этого я не знаю. – Потапов пожал плечами. – Нам информацию спускают, и все. Не растолковывают.

— На момент смерти Ники сколько человек могло знать код?

— Не так уж и много.

— Курьеры? Почтальоны? Газовщики?

— Этой публике код никто не говорит, – ответил Потапов уверенно. – Мы их сами запускаем, не отходя от стойки. Жильцы обычно кодом не пользуются. Мы их на мониторе видим и сразу дверь открываем. Код от замка нужен жильцам, когда на посту никого нет. Бывает, отойдешь в подсобку, отлучишься, чтобы помочь что-то донести. Или вот в сортир, опять же. Как меня приперло. – Потапов усмехнулся. – Вот тогда они по коду проходят. Но это редко. Событие! Стараемся, чтобы не случалось. Та же Вишневская начнет вопить, мол, почему никого нет, дом без охраны? Звонить в управляющую компанию, в охранную фирму, начальству.

— У каждой квартиры свои ключи?

— Ну да. И своя отдельная сигнализация.

— Ника, уходя, ставила квартиру на сигнализацию?

— Нет. Зачем ей? Она по сто раз на дню придет и уйдет, – заметил Потапов. – Это те ставят, кто надолго уезжают.

— А бассейн и тренажерный зал? Они тоже под сигнализацией?

— Нет, просто под замком. У всех жильцов есть ключи от бассейна и спортзала. И еще от входа в подземный гараж. Вот подземный гараж – под сигнализацией.

— Сигнализация была включена?

— Без понятия. – Потапов развел руками. – Это не моя епархия. И меня там не было, когда ее проверяли. Наверное, была включена. Техник меня заверил, что все устройства проверил – все работает.

— А ночью все эти двери были заперты?

— Нет, не все. – Потапов явно растерялся. – Дверь в бассейн была открыта.

— В бассейне кто-нибудь плавал вечером?

— Там обычно Точилин плавает. Больше-то и никто. Ника не любила, Вишневская? Ей куда плавать-то?! – Потапов усмехнулся. – Она в ванной лежит часами. Но у Точилина вечером были гости. Он не плавал – точно.

— Сколько же времени дверь стояла нараспашку?

— Не знаю. До меня Славка дежурил. Он должен был проверить.

— Слушай, а почему ты в человеке, про которого Вишневская твердила, заподозрил именно Красовского? – поинтересовался Максим. – Говоришь, слышал, как они скандалили. А когда это было?

— Ну, это бесконечно перечислять можно. – Потапов махнул рукой. – Случаи эти. Вот за неделю до ее падения, например. Она его в квартиру не пускала, а он кулаками барабанил, ногами стучал, хотел к ней войти. Ругал ее последними словами. Я пошел наверх, чтобы выпроводить его. У меня это по инструкции. Обязан следить.

— Пришлось применить силу? – уточнил Максим.

— Да не было необходимости. Он, как меня увидел, подобрал вещички, – Ника ему вслед куртку и ботинки выбросила, – и пошел вниз по лестнице. Даже на лифт не сел. Какой-то неопрятный весь, дерганый. Мне показалось, под кайфом был. Признаться, я никогда не понимал, что Ника в нем нашла. Начальник разве что. Денежный мешок. А больше-то ничего приличного в нем нет.

— А вот скажите, пожалуйста, прошла информация, что в квартире Королевой обнаружили наркотики, – вспомнила Аня. – Это когда произошло? Когда вы с патрульным обход делали? Или позже?

— Нет, при мне ничего такого не было, – резко ответил Потапов. – Я вообще подозреваю, что все это пустая болтовня. Когда мы с полицейским поднялись на восьмой этаж, мы искали человека, который, возможно, спрятался в квартире, мужчину, – уточнил он. – Того, про которого Вишневская все время твердила. Наркотиков мы не находили. Возможно, нашли позже, когда уже следователь Зайцев обыск делал. Но мне никто ничего не сообщал. – Он пожал плечами. – Я все время был на посту. Да и с чего им передо мной отчитываться? Но я не думаю, что это Ники. Это и Красовский мог заначку оставить. Я же рассказывал, видел его явно под кайфом, когда Ника его вещички из квартиры выкинула.