Книга Марионетка, страница 152 – Николай Владимирович Андреев

Малявин ответил: Мартынов.

— Он? – Рудаков кивнул в сторону Романова.

— Нет, что ты! Это поэт Василий Романов, ты о нем должен был слышать. А Мартынова мы не застали. Он сейчас на избирательном участке, где голосует Борецкий.

— Откуда сведения?

Малявин хотел встать с кресла, чтобы достать рукопись, но один из помощников Рудакова, накачанный парень в тесной тужурке, положил ему руку на плечо и, сжав пальцы, вежливо посоветовал не дергаться.

Малявин притих. Укоризненно посмотрев на парня, сказал, что в нижнем ящике письменного стола рядом с ворованными мобильными телефонами лежит рукопись, в которой Мартынов среди убийств, совершенных Демиургом, описывает еще не совершенное убийство кандидата в губернаторы Борецкого.

— А убивать он его собирается так! Дождется, когда Борецкий, проголосовав, выйдет пожимать счастливым избирателям руки, и набросится на него из-за чьей-нибудь спины!

Рудакову принесли рукопись. Пока он листал ее, сверяя то, что ему известно о Демиурге, с тем, что тот писал о себе сам, один из еще не появлявшихся в комнате милиционеров принес деревянный ящик из-под слесарного инструмента.

Показал подполковнику лежавшие в нем ножи и сказал, что, судя по заключениям экспертов, это те самые, которыми пользовался Демиург.

Рудаков закрыл рукопись. Посмотрев на часы, приказал двум оперативникам оставаться, ждать Мартынова дома, а всем остальным собираться на Успенку.

— С этими что делать? – кивнув в сторону Малявина и Романова, спросил парень в тужурке.

— Ничего, – ответил Рудаков. – Завтра я с ними лично разберусь. Быстро на выход!

Подождав, когда все выйдут из комнаты, подошел к Малявину и ткнул кулаком в лоб. Спросил, какого рожна он тут делает.

— Потом объясню, – отмахнулся Малявин. – Ты лучше скажи: как сам здесь оказался?

Рудаков бросил взгляд на дверь. Удостоверившись в том, что никто не подслушивает, прошептал: полчаса назад некто, решивший остаться неизвестным, позвонил в дежурную часть и сообщил о том, что разыскиваемый милицией Демиург живет на улице Адмирала Нахимова, дом два, квартира двести двадцать пять, и что зовут его Александр Александрович Мартынов.

— То есть ты хочешь сказать, что замначальника криминальной милиции лично проверяет каждый подобный звонок? – спросил Малявин.

Рудаков отрицательно покачал головой. Сказал, что выехал впервые и то только потому, что ни секунды не сомневался в том, что тот, кто звонил, знал, что говорил, и говорил, судя по всему, правду.

— Он кроме фамилии и адреса сообщил еще о том, что видел у Мартынова охотничьи ножи, изготовленные на заводе «Металлист». А это уже без шуток.

Романов спросил Рудакова, известно ли ему, где сейчас находится Борецкий.

— Естественно, – ответил тот. – У себя в штабе. В десять у него совещание с консультантами, а в одиннадцать запланирован выезд на избирательный участок… Как бы не опоздать!

Попросив обязательно заглянуть к нему в управление завтра утром, Рудаков торопливо пожал Романову с Малявиным руки и выбежал из комнаты.

— Ну всё! Теперь у семнадцатой школы не протолкнуться…

Малявин хотел добавить: не протолкнуться от учителей в штатском, но не успел – раздался телефонный звонок.

Романов вынул из кармана мобильный телефон. Приложил к уху и, после продолжительный паузы, во время которой его губы складывались в широкую улыбку, пригласил того, кто звонил, в гости. Тепло попрощавшись, положил телефон обратно в карман пиджака и извинился перед Малявиным за то, что перебил его.