Книга Дело влюбленного киллера, страница 161 – Андрей Воробьев, Михаил Красносельский

Леонид Павлович, до которого наконец удалось дозвониться, пообещал сам приехать на улицу Чайковского. Теперь у Алексея осталось время, чтобы внимательнее ознакомиться с рукописью, как значилось в записке, позаимствованной неизвестным доброжелателем в квартире убиенного старлея милиции Тишко.

Впрочем, определенные догадки насчет личности доброжелателя были. Нертов знал только одного человека, который мог бы столь пристально интересоваться Шварцем. «А Расков – ох хитер, – думал Алексей, – и все-таки как он умудрился сопоставить мой длинный рассказ со свежим убийством и к тому же еще вычислить казахского гостя?» Решив не забивать себе голову разгадыванием очередной загадки («Приедет Палыч – сам расскажет»), Нертов углубился в чтение.

Рукопись состояла из нескольких частей, каждая из которых озаглавлена в духе той криминальной литературы, которой забиты все привокзальные киоски. Закрыв глаза, легко было представить себе очередного Меченого, Бешеного, Резаного, Долбаного и т. п. узколобого, но мышцевидного супермена, лихо расстреливавшего многочисленных недругов, а затем уподобляющегося быку-производителю в компании с томными и такими же безмозглыми красотками. А фраза, подобная вычитанной в одном из таких «шедевров»: «Он вошел в нее с разбегу прямо посередине комнаты, и их потные мускулистые тела слились в немыслимом экстазе страсти» лейтмотивом так или иначе звучала чуть ли не в каждом новом произведении. Меченые, Бешеные, Долбаные были весьма плодовиты…

И Тишко-Шварц не блистал грандиозной фантазией. Его записки были озаглавлены: «Операция Мстительного». Только либретто этого произведения, написанное на первых страницах, заставило Алексея отнестись более серьезно к труду графомана: в списке героев значились солдат Баев (Керимбаев —?!) и прапорщик Мстительный, временно скрывающийся на армейской службе от происков врагов.

Продираясь сквозь неровный почерк и многочисленные ошибки, Нертов все же уяснил содержание рукописи. Вкратце оно выглядело примерно так: супермен Мстительный, недовольный всем и вся, считая, что его талантов никто не ценит, а он способен вершить наполеоновские дела, вынужден служить в армии прапорщиком на должности зав. складом вооружения. Он ненавидит армейскую систему, считает всех тупыми, хочет самореализоваться, а заодно проучить нерадивых вояк. Порядок, считает он, должен быть наведен любой ценой, и вступает в сговор с местными бандитами, чтобы бороться с ними «изнутри», занять лидирующее положение, используя дальше в своих целях. Бандиты говорят о готовящейся «разборке», но супермен сам устанавливает правила игры, которых никто не знает. Он – единственный вершитель судеб!

Мстительный предлагает убить главаря противоборствующей группировки. Для этого хочет временно воспользоваться одной из винтовок, хранящихся на складе (ее никто из местной милиции не догадается искать у военных).

Прапорщик знает, что солдат Баев постоянно спит на посту. Ночью Мстительный проникает в свой склад (иначе винтовку выносить рискованно – могут увидеть). Баев спит. Зав. складом прихватывает из склада винтовку. Спрятав ее неподалеку, он возвращается назад, чтобы замести следы и опечатать дверь. Баев просыпается и видит Мстительного, возящегося с замком.