Онлайн книга «Кованый сундук»
|
— Вот что, Якушкин, от вас зависит очень многое… Во-первых, ваша собственная судьба. Поэтому отвечайте на вопросы правдиво, – сказал Воронцов, придвигая к себе поближе пакет с отобранными у него вещами. – Где вас обыскивали? — В комнате при выходе. — Вы все отдали? — Все. — Ну, так посмотрим, что у вас… Майор развернул газету, и Стремянной увидел смятый носовой платок, связку ключей, очевидно от дома, где жил Якушкин, сломанный перочинный нож, монеты, несколько десятирублевых кредиток. Тут же были какие-то сильно истрепанные удостоверения, паспорт… В общем как будто ничего интересного. Воронцов развернул платок, осмотрел его, отложил в сторону, затем пересчитал монеты – одну из них он задержал в руках, поболтал в воздухе связкой ключей – не выпадет ли что-нибудь из горловинок, мельком взглянул на удостоверения и паспорт. Якушкин спокойно наблюдал за тем, как Воронцов перебирает немудреное содержимое его карманов. — И не стыдно вашим людям так старого человека обижать! – сказал он, когда осмотр закончился и, по всей видимости, не дал Воронцову ничего существенного. – Ну, зачем вам все это? Неужели уж я не могу иметь в кармане носовой платок и ключи от квартиры? — Конечно, можете, – согласился Воронцов. — Так верните мне все это. — Подождите, подождите, не сейчас… – Воронцов отодвинул вещи на край стола. – Скажите, Якушкин, – неожиданно спросил он, – где вы жили до войны? Якушкин несколько растерялся: — Я?.. До сорокового года я жил в Западной Белоруссии, в городе Лида. — Так… А потом? Как вы оказались в этом городе? Якушкин подался вперед и горячо заговорил: — Видите ли… при Пилсудском я очень нуждался. Много лет голодал. Когда стало возможно вернуться в Россию, я, одинокий старый человек, решил поехать в один из маленьких степных городков, где много вишен, приволье, покой, и дожить здесь свои последние дни… — Хорошо, – сказал Воронцов. – Складно у вас получилось, даже как-то поэтично… – Он оперся локтями о стол и подался грудью вперед. – А вот скажите, Якушкин, как к вам попали картины?.. Где вы их нашли? Якушкин удивленно пожал плечами: — Все искали, и я искал… Только, очевидно, я искал более удачливо, чем другие… А нашел я их в подвале гестапо – под нарами… Меня туда ребята из детского дома затащили показать стену с надписями погибших. Вот я случайно и обнаружил… Воронцов взглянул на Стремянного и усмехнулся краешком губ, как бы призывая внимательно следить за ходом допроса. Стремянной все это время внимательно наблюдал за Якушкиным и невольно заметил, что за его внешним спокойствием кроется настороженность. — Значит, все искали, и вы искали, – сказал Воронцов. – Хорошо. – Он вдруг встал и, обойдя вокруг стола, сел напротив Якушкина. – А если я вам скажу, что картины вы взяли не в подвале гестапо, а в элеваторе?.. В тот самый вечер, когда там были ребята из детского дома, вы тоже побывали там и забрали оттуда картины, которые из машины перетащил туда Курт Мейер. Это было самое ценное из того, что он, раненый, мог унести с собой… Что бы вы на это ответили? Якушкин пожал плечами: — Это уж вы совсем зря! Ни в каком элеваторе я не был… Правда, я встретил на дороге детей, они мне рассказали о своем походе, но я не был… И зачем мне туда идти?.. — Мы не дети, – строго сказал Воронцов. – В ту же ночь вы перенесли картины в одно укромное место, а затем решили их найти… Сделать подарок советской власти!.. И могу вам сказать точно: до последнего дня их не было в подвале гестапо… |