Книга Станция Степная, страница 89 – Владимир Цыбизов

Люди спрятались в щель вовремя: через несколько минут на разгрузочную площадку упала бомба. Земля заколыхалась, над головами с визгом пронесся рой осколков. Некоторые из них впились в верхнюю часть стенки щели, и на головы с шорохом посыпалась земля. А потом начался сущий ад. Бомбы падали на станцию и поселок одна за другой, отчаянно палили зенитки, самолеты, завывая, стремительно пикировали на вагоны. Дрожала земля, воздух наполнился адским грохотом, пылью, песком и запахом взрывчатки. Загорелись постройки в поселке, пакгауз. В небе повисло несколько осветительных ракет, и окрестности залил зловещий, мертвенно-бледный яркий свет. Каждый предмет на земле выделялся с такой отчетливостью, точно вся сила этих ракет была направлена только на него…

«Юнкерсы» кружились над станцией, как стая коршунов, делая все новые и новые заходы. Зенитчики уже сбили шесть самолетов, но их здесь было, по самым скромным подсчетам, не менее полусотни.

Зимин с тревогой выглянул из щели: что делается на станции?

— Не высовывайтесь! – крикнул Долов.

— Я на станцию побегу! – прокричал в ответ Зимин, намереваясь выбраться из щели.

— Никуда вы не побежите! Ложись! – заорал вдруг Долов и присел на корточки. Почти в тот же миг поблизости со страшным грохотом разорвалась бомба. В щель обрушились груды земли. Полузасыпанный Зимин лежал без признаков жизни. Но вот он зашевелился, поднялся на ноги, отряхнулся и выглянул из щели.

Самолеты противника скрылись. В поселке горели постройки. На станцию пришел еще эшелон и стал на разгрузку.

Сразу же за ним прибыл и третий поезд. Его нужно было поставить для разгрузки в один из тупиков, но путь был поврежден бомбой. Что делать? Путь восстановят не так скоро, а эшелон нужно немедленно разгрузить, тянуть с этим делом нельзя. Налет может возобновиться, и тогда не оберешься бед. Куда же все-таки поставить эшелон? На главном пути нельзя – затормозишь все движение. А на остальные свободные пути не попадешь: бомба разворотила полотно в самом ответственном месте.

— Что же делать? – бормотал Потапов. Как раз в этот момент вошел Зимин. Он сразу же заметил, что Потапов расстроен, нервничает. Значит, он, начальник станции, должен найти выход из создавшегося положения. На то он и прислан сюда. Куда же поставить эшелон под разгрузку? И вдруг его осенила мысль: рассредоточить эшелон на старом пути, что идет от входной стрелки в депо. Паровозы ходят по новому пути, а старым давно уже не пользуются. Но он годен. Там не то что один – два эшелона можно поставить.

Глаза Потапова радостно блеснули, и он принялся с воодушевлением командовать. Зимин не вмешивался в распоряжения дежурного по станции: так будет меньше путаницы, и Потапов будет чувствовать себя гораздо увереннее. Затем пришел Долов.

— Пора эшелону разгружаться, – сказал он. – Может, сходим, посмотрим, как там идут дела? – И они снова пошли к пакгаузам. На полдороге их застал налет, второй в эту ночь. Они прыгнули в первую попавшуюся щель. Здесь уже были бойцы, прибывшие с эшелоном. Они только что начали разгружать вагон со снарядами, но помешал налет, бомбы загнали их в щель. Вдруг один из бойцов, выглядывавших из щели, крикнул:

— Вагон горит со снарядами!

Зимин мгновенно выскочил наверх. Долов – за ним. Подбежали к вагону. Оказывается, горел не вагон, а штабель шпал, сложенных у пути. Это были как раз те самые шпалы, среди которых прятался кролик Вовки. Вагон со снарядами стоял напротив горящих шпал. Очевидно, в них попала зажигательная бомба. Огонь, перекинувшись со шпал, лизнул обшивку вагона. На ней уже шипела краска, собираясь в пузырьки и закипая. Еще минута-две, и обшивка вагона вспыхнет, как порох. Тогда уже трудно будет избежать несчастья: снаряды начнут рваться, повредят цистерны с бензином, которые стоят совсем недалеко на том же пути, бензин разольется, вспыхнет и уничтожит все, что уцелеет от взрыва вагона.