Книга Станция Степная, страница 71 – Владимир Цыбизов

— Папа, а где он стоял? – спросил Володя. – У пакгауза?

— Нет, мы его вместе с другим порожняком на запасной путь поставили, что у депо. А то маневрировать мешал. Другие вагоны уцелели, а его задело.

— Почему задело?

— Вот это уж не знаю. Наверно потому, что крайним стоял. Ну, я побежал на станцию, там еще нужно кое за чем проследить.

На невысказанный вопрос жены Зимин ответил уже на ходу:

— После войны отоспимся. Да, а где моя папка с бумагами? Она на столе лежала.

— Я ее в сундук положила, – ответила Ольга Петровна. – Нельзя же бросать бумаги на столе, мало ли что может случиться.

— Да ведь сундук в коридоре стоит, из него легче вытащить.

— Из сундука? – с удивлением спросил Володя. – С такими толстыми стенками? Их и не разломаешь.

— Может, и не разломаешь, – сказал отец, – зато замок можно отпереть.

— А где он ключ возьмет?

— Сделает, если понадобится.

— Это наш-то ключ? – опять удивился Володя.

— Для хорошего слесаря это пустяковая задача.

— А ну вас, перестаньте, – с недовольным видом прервала их разговор мать. – Завели разговор, а зачем – сами не знают. Просто в дрожь бросает, как послушаешь.

— Особенно важных бумаг в папке нет…

— А если бы даже кто и залез, так мы бы услышали, – заметил Володя, – у него замок с музыкой, с секретом.

— Ты об этом никому не говори, – подмигнул отец Володе. – Это же наша семейная тайна. Или уже рассказал приятелям?

Володя понурил голову. Сказать или не сказать? Тяжело вздохнул и ответил:

— Рассказывал… Кольке…

— Э, брат, – протянул отец, – а язычок у тебя длинный. Это не годится. Пожалуй, тебе нельзя доверить военную тайну.

— Если военную, то можно… – пробормотал Вовка, глядя на пол. – А про такую я забыл совсем…

Отец ласково погладил сына по голове и твердо сказал:

— Сейчас, Володя, обо всем надо помнить. Идет война и нужно быть особенно бдительным, всегда настороже, чтобы враг не мог воспользоваться твоей оплошностью. Ни одного лишнего слова никогда не говори, особенно если кто расспрашивать тебя будет про железную дорогу.

— Нет, про дорогу я не скажу, – горячо заверил Володя.

— Ну и отлично. Оля, где у нас ключ от сундука, папку возьму.

В этот момент в дверях показался Кротов и сказал:

— Разрешите?

— Пожалуйста, входите.

Кротов загорел за время скитаний по степи. Одежда его была в пыли, сам он, как видно, сильно устал, но глаза азартно блестели.

— Вернулись? – спросила Ольга Петровна, подавая мужу ключ от сундука.

— Да, только что из степи. У меня к вам, Дмитрий Александрович, огромная просьба.

— В чем дело?

— Вы не поможете нам снять с повозки ящик с образцами?

— Конечно, помогу.

— Пожалуйста, очень обяжете. Вдвоем не поднять, а разгружать ящик долго, да и канительное дело.

— Хорошо, хорошо, сейчас выйду.

Зимин пошел в коридор, отпер сундук, достал папку и положил ее на стол в комнате. После этого он вышел вместе с Кротовым во двор, где их поджидал возле подводы Сорокин.

Володя допил кофе, схватил корку хлеба и побежал в сарай. Там он просунул корку кролику, набросал ему травы и отправился к Кольке. Тот сидел в кухне и опять пилил ключ. Ключ все еще был не готов. Володя хотел было посмеяться над Колей, но глянул на сосредоточенное лицо друга, посмотрел, как он усердно работает напильником, и смеяться почему-то расхотелось. Ему надоело сидеть молча и он спросил: