Книга Хрустальная пробка, страница 18 – Морис Леблан

Он не мог на это решиться. Единственным его развлечением было съездить в Энгьен, где жили Гроньяр и Балу, и убедиться, что они исчезли с тех пор, как произошло убийство на вилле «Мария Терезия». За исключением этого он не занимался ничем другим, кроме как Добреком.

Через три дня после происшествия в «Водевиле» он встретился на бульваре Виктора Гюго, в условленном месте, с Викторией.

Виктория приближалась к нему с корзинкой для провизии в руке. Он сейчас же заметил, что она бледна и необыкновенно взволнованна.

— Что случилось? – спросил Люпен, идя рядом со своей кормилицей.

Она вошла в большой бакалейный магазин, где было много народу, и только тогда сказала голосом, пресекающимся от волнения:

— Смотри, вот то, что ты ищешь.

И, вынув из кармана какой-то предмет, сунула его Люпену. Он вздрогнул. Он держал в своей руке хрустальную пробку.

— Возможно ли? Возможно ли? – бормотал он.

По форме, по размерам, по стертому золоту граней он безошибочно узнал уже виденную им когда-то хрустальную пробку. Все было так же, вплоть до маленькой царапины на шейке, которую он ясно тогда запомнил.

В общем, этот предмет имел те же самые свойства и ни одного такого, которого не было бы в том. Это была хрустальная пробка – вот и все. Ничего такого, что ее отличало бы от других пробок. Ни знака, ни цифры: вырезанная из одного куска, совершенно однородная, не содержащая никакого другого вещества.

— Ну и что же?

И Люпен внезапно понял свое заблуждение. На что ему нужна была хрустальная пробка, если он не понимал ее назначения? Этот кусочек стекла не был важен сам по себе, он был ценен только благодаря тому значению, которое ему придавалось. И кто мог его уверить в том, что он не делает глупости, отбирая ее у Добрека?

Этот неразрешимый вопрос встал перед ним во всей своей необыкновенной остроте.

— Не промахнись! – сказал он себе, положив в карман пробку. – В этом дьявольском деле промахи непоправимы.

Он не спускал глаз с Виктории. В сопровождении приказчика она в толпе покупателей переходила от одной стойки к другой. Наконец она прошла мимо Люпена.

Он приказал тихим голосом:

— Свидание позади лицея Жансон.

Она нагнала его на пустынной улочке.

— А если за мной следят? – спросила она.

— Нет, – сказал он уверенно. – Я хорошо посмотрел. Слушай, где ты нашла пробку?

— В ночном столике.

— Но ведь мы там искали?

— Да. И я смотрела еще вчера утром. Ее положили туда сегодня ночью.

— И конечно, он снова захочет взять ее оттуда, – заметил Люпен.

— Очень может быть!

— И если ее не найдет?

Виктория перепугалась.

— Отвечай, – сказал Люпен, – если он не найдет ее, обвинит ли он в воровстве тебя?

— Очевидно, меня.

— Ну так поди положи назад и поскорее.

— Боже мой! Боже мой! – простонала она. – Хоть бы он не успел заметить. Дай мне ее скорей!

— Вот она, – сказал Люпен.

Он поискал в карманах своего пальто.

— Ну, где же она? – спросила Виктория, протягивая руку.

— Так, – сказал он через мгновение, – ее нет… У меня ее взяли…

Он разразился смехом, на этот раз без всякой горечи.

Виктория возмутилась:

— И ты еще смеешься! При подобных обстоятельствах!

— Но признайся, что это действительно смешно!

— Все-таки кто ее взял?

— Что ты там говоришь… Взял? Она сама улетела. Она испарилась из моего кармана… – Потом более серьезным тоном: – Иди, Виктория, домой и не беспокойся. Очевидно, кто-нибудь видел, как ты мне давала пробку, и, воспользовавшись давкой, вытащил ее у меня из кармана. Все это доказывает, что за нами следят лучше, чем я полагал, и наши соперники – мастера высокого класса. Тебе нечего больше сказать мне?