Онлайн книга «Связной Хрущева»
|
— Пусть так, – допустил Роберт. – Но Тейлор и Лемей намерены именно из этого инцидента выжать все возможное. Пускай произойдет предупредительный выстрел. Суда встанут. Капитаны сообщат в Москву. Сами догадаетесь, что ответит Хрущев? Продолжайте движение, американцы блефуют, они побоятся стрелять на поражение… Вам не кажется, что мы играем в смертельно опасную игру? Прошу вас, сообщите Хрущеву о том, как складывается ситуация. Пусть он развернет свои суда. К черту амбиции! Разве мы мало шли вам на уступки? Ваша боеспособность на Кубе не пострадает – это всего лишь несколько судов. Главный груз давно доставлен, разве не так? Стоит ли ради пустых амбиций рисковать нашим миром? Простите, если выражаюсь недостаточно дипломатично… — Все в порядке, Роберт. Для того и создавался этот канал – открыто выражать мнения и совместно искать выход. Вы правы, ситуация опасна. Постараюсь урезонить премьера Хрущева. — Уж постарайтесь. – Роберт передернул плечами. – Очень хочется, знаете ли, проснуться не только завтра, но и послезавтра. Также хотелось бы вас предостеречь, Джорджи, – будьте осторожны. Я получил доклад, что за мной пытались установить наблюдение. Уверен, что это недоброжелатели Джона – те люди, что рвутся развязать войну. Охране удалось избавиться от посторонних. Уверен, что и вами интересуются. Если вас задержат, мы останемся без связи, и тогда все окончательно полетит к черту. Советую находиться в безопасном месте – например, в вашем посольстве. Очень жаль, что вы отказались от охраны… Проникнуть в посольство пока еще было реально. Помощь со стороны не потребовалась. У главного выхода по-прежнему толпились люди. Но вели себя без огонька – видимо, провокаторы и подстрекатели отбыли на ужин. С обратной стороны у запасного выхода все было тихо. Охрана впустила внутрь, посочувствовала: чертовски ненормированный день у советских журналистов. Шифрованная радиограмма ушла через час. Пришлось поломать голову над текстом, чтобы Никита Сергеевич понял, куда катится этот мир. И на сей раз не обошлось без уступок и компромиссов. Хрущев был крепким орешком. Наутро по дипломатическим каналам прошло его предложение. Суда «Артемьевск», «Дубна», «Дивногорск» и «Николаев», находящиеся в территориальных водах Кубы, продолжат движение по намеченному курсу. Подводные лодки – также (впрочем, две из них всплыли, не имея возможности двигаться дальше – разрядились аккумуляторные батареи). Остальные же суда, находящиеся в Атлантике и идущие на Кубу, будут развернуты и отправятся домой. Хрущев явно смягчил риторику: заговорил о недопустимости столкновения советских и американских кораблей. Условие было принято американской стороной. Президент приказал пропустить упомянутые суда. Можно представить, как скрипели зубами военачальники! Инцидент оказался исчерпан, но общая ситуация накалялась. Всплывали новые данные о нацеленных на США ракетах, о боевых заданиях, полученных советскими пилотами. Корабли окружали остров. Судовые орудия находились в расчехленном положении и готовыми к стрельбе. Из Кремля звучали гневные выпады о незаконности действий американских властей и грядущем сокрушительном ответе. Решением Президиума ЦК КПСС Вооруженные силы СССР и стран Варшавского договора были приведены в состояние повышенной боеготовности. Отменили увольнения, приостановили демобилизацию. Хрущев слал послания Кастро, заверяя в непоколебимости позиции Советского Союза. К вечеру пятницы 26 октября ситуация обострилась настолько, что достаточно было одной спички, чтобы все вспыхнуло. Посол США в ООН Стивенсон резал правду-матку, представлял на экране компрометирующие снимки стартовых позиций и язвительно интересовался у советского представителя Зорина, готов ли тот под присягой поклясться, что на Кубе нет советских баллистических ракет. Советский представитель был спокоен, как удав, отшутился, что они не в суде, чтобы давать присягу. От прямого ответа уклонился, заверив, что в скором времени американцы получат точный и правдивый ответ. |