Книга Дефект всемогущества, страница 100 – Фёдор Шилов

Ого!

Меня передёргивает. Проклятия, пусть и обращенные в чужой адрес, выбивают из колеи. Читать Серёгину переписку до этого было скучно. Записки с лаконичным содержанием, вроде: «Завтра в 20:00» или «Сколько это будет стоить?», ответ – сумма в рублях, или «Текст готов» и дальше снова сумма в рублях. Несколько прикреплённых аудиофайлов. На мой взгляд, абсолютно бесталанных. На ум тут же приходит высказывание Тимура: «Ну ты же знаешь, кто приходит на любительские студии!» Я не знал, но догадывался. Теперь – знаю наверняка. Те, кто любит петь в душевой и кому надоело выводить там рулады в одиночестве. Может, таким певунам просто приглашать слушателей вместе помыться?

«Бакен Бард». Таким именем обозначено письмо с проклятиями. Датировано 16 мая. Прошло чуть больше месяца.

Серёгин ответ короток и деловит:

«Речи о раскрутке треков и постановке их в ротацию не шло, требовался максимально бюджетный вариант, вы его получили. Претензий не понимаю.

Сергей Ивлев».

Насколько я могу судить, сообщение невоздержанным на язык злобным стариком не прочитано. А он, однако, продвинутый. Разменял восьмой десяток, а в Сети чувствует себя комфортно. В письме даже огорчённые смайлики есть (уместно ли называть улыбкой кислую рожу из двоеточия и открывающейся скобки? Правильнее назвать их в нашем случае не «смайликами», а, например, «фейсиками»).

Я пролистываю переписку Сергея с Бакен Бардом. В одном из сообщений обнаруживаю номер телефона с пометкой: «Звонить в любое время, кроме ночного, и не в период с 16:00 до 18:00». Вероятно, у дедули дневной отдых, или просмотр телесериала, или свидание с музой. Последнее вряд ли. Лёгкая бабочка созидания не прилетает по расписанию.

Правда, у Серёги была присказка: «Вдохновение – это не дарование свыше, а результат утомительной каждодневной работы».

Вот и поди разбери, что это за птица такая – вольная или же всё-таки выращенная в клетке! Ох, не дано мне понимать творческую натуру!

Я смотрю на часы – 21:00. Стоит ли относить данное стечение стрелок к ночному времени? Думаю, что не стоит, и набираю номер.

— Добрый вечер, – говорю в трубку, когда сквозь шелест и треск связных помех прорывается шелест и треск немолодого голоса, – я звоню вам по поручению Сергея Ивлева!

— И слышать ничего не хочу об этом мерзавце! Вор и проходимец!

— Меня зовут Андрей. Простите, не знаю вашего имени-отчества. Нам необходимо поговорить.

— Не о чем мне с вами беседовать! После того, как меня надул этот чёртов музыкантишка, сердце забарахлило! Дочь и зять купили мне путёвку в санаторий, и я уже второй месяц лечусь! Только пошёл на поправку, а тут вы!

— Простите, лечебное заведение находится в Иксгородске?

— Слава Богу, нет! Две тысячи километров от захудалого городишки!

— 24 мая вы уже были там?

— Да.

— Это может кто-нибудь подтвердить?

— Дочь, зять, персонал, – раздражённо отвечает пожилой собеседник, и я начинаю опасаться, что так, слово за слово, он и меня проклянёт. – В чём дело? Я вас спрашиваю, в чём, собственно, дело?

— Собираю сведения об участниках концерта «Майский ветер». Вероятно, ваш номер мне дали по ошибке. Простите. До свидания.

Выходит правдоподобно. Мне самому нравится моя ложь, она позволяет быстро отсоединиться. Бард несколько раз перезванивает мне, и я заношу его в чёрный список.