Книга Не сотвори себе кумира, страница 78 – Валентина Раскач

Парень, естественно, струхнул, вдруг подумают на него, «от греха подальше» взял отпуск за свой счет на месяц по срочным семейным обстоятельствам. Мастер сам был из Подмосковья, раньше работал в филиале этой же фирмы по ремонту кондиционеров в городе Клину. В Москве, в головной фирме, мастер проработал не больше двух недель. Поэтому, оказалось, что в лицо его никто еще не запомнил, и, когда приходили сыщики Воробьева, показывая фотографию с камер видеонаблюдения, его никто в мастерской не опознал.

Майор подводил неутешительные для себя выводы:

— Теперь, когда мастер по кондиционерам был окончательно исключен из списка подозреваемых, и совершено новое убийство все тем же способом, медлить нельзя. Но до сих пор было совершенно непонятно, по какому принципу убийца выбирает своих жертв, и вовсе не исключено, что он не собирается останавливаться. Сейчас, главное, связать эти три убийства? Совершенно разные люди: простая секретарша, крупный бизнесмен и садовник (гастарбайтер из Молдавии). Единственное, что объединяет этих людей это то, что все они, так или иначе связаны с самим Ворониным-старшим.

Майор Пронин прямо из машины позвонил следователю, занимающегося убийством садовника, объяснил свой интерес. Оказалось, экспертная группа уже окончила осмотр места, где совершено убийство. Но следователь Галкин Олег Петрович вовсе не возражал, чтобы у него забрали это дело, поэтому теперь надо обращаться к начальству с соответствующим рапортом. Тут майору вдруг пришла такая мысль:

— Здесь надо быть просто орнитологом, имею дело со сплошными птичьими фамилиями: Воронин, Воробьев, теперь вот-Галкин.

Наверно, такое сравнение пришло Пронину на ум, потому что сейчас по ночам после работы он читал Акимушкина «Рассказы о птицах».

А сейчас следователь решил не терять время, и по горячим следам, самому осмотреть место преступления. Пришлось опять обращаться к Матвею Тимофеевичу, чтобы пустили в его загородный дом без препон.

Когда сыщик подъехал к дому, его просто поразил размах, с которым был построен этот дворец.

— Ну, объясните мне, зачем человеку такая махина? У меня в квартире всего две комнаты, и то с их уборкой настоящая морока. Маша постоянно пристает, то пропылесось, то мусор вынеси, то посуду помой. А сколько на этот особняк надо иметь таких Вань, как я, чтобы все было чисто? – заключил озадаченный майор.

Сыщика встречал управляющий, который, по указанию Матвея Тимофеевича должен был быть гидом – показать, где все произошло, а также сообщить, кто и когда нашел убитого садовника.

Оказалось, что преступление было совершено в розарии, рано утром, в это время садовник обычно занимался уходом за розами. А нашла его ближе к обеду, Вера – горничная (ей нравился садовник Руслан Бойко), она пошла звать его на обед. Управляющий показал куст, рядом с которым нашли тело Руслана.

— А как у вас с видеонаблюдением? – спросил сыщик, зная, что в офисе Матвея Тимофеевича камеры буквально понатыканы на каждом шагу.

— Представьте себе, товарищ следователь, розарий это – единственное место, где нет камеры, а так они у нас повсюду.

— Выходит, убийство совершил человек, хорошо знающий, что в розарии нет видеокамеры. – заключил майор.

— А вся прислуга знает, что там нет камеры?

— Специально, конечно, это никто не объявлял, но я несколько раз гонял оттуда наших молодых горничных, которые устраивали там с Русланом (управляющий замялся, не зная, как вежливее назвать, чем они там занимались) развратные действия. Значит знали, что там камер нет, потому что по нашему внутреннему распорядку такие действия между работниками запрещены.