Книга Не сотвори себе кумира, страница 63 – Валентина Раскач

— Что за подобострастное отношению к начальству, до такой степени, что распространяют его даже на шофера. Почему шофер главного босса сразу выпадает из подозреваемых. И еще, бо́льшая глупость – они на нового шофера, почему-то, переносят качества старого Петровича (мол, очень хороший). Не только личные шоферы, а даже родные жены убивают своих мужей, а тут, видите ли, водитель отца Воронина, просто, не мог быть причастным.

— Дай-ка, я рассмотрю этого шофера еще раз хорошенько. Молодой красивый парень (от таких девки млеют), а фигура это, просто – молодой Шварценеггер, так атлетически сложен, небось, анаболиков нажрался.

Майор радостно хлопнул себя по лбу, наконец он понял, какая деталь тревожила его.

— Мне же в разговоре с адвокатом Никоновым, удалось выяснить, что парень, который сидел на скамейке с Лариной тоже был похож на культуриста (а он, по всем признакам, и убил девушку).

У майора загорелись глаза, наконец-то, сыщик взял след. Он решил еще раз внимательно изучить на записи действия шофера.

— Ну, и что ты тут делал, Аполлон Бельведерский?

Майор вспомнил, как недавно Маша захотела приобщить мужа к культуре. И не придумала ничего лучше, как потащить усталого за тяжелую трудовую неделю майора в Пушкинский музей. Вот – там он видел копию этого Аполлона Бельведерского. Как Маша не понимает, что культура не только в музеях. Жена, сама-то, книжек не читает, а ее, якобы некультурный муж, без книжки не засыпает. Майор понял, что когда они с Машей ссорятся, он тогда весь день мысленно с ней дискутирует.

— Зря он, конечно, привязался к ней с этим платьем, у женщин свои причуды. Зато Маша, в отличии от остальных жен сотрудников полиции, никогда не ругает его за то, что он на работе пропадает, что денег зарабатывает мало. Не заставляет за званиями гнаться. В общем, Маша – очень хорошая жена, и пусть ходит в этом прозрачном платье, если ей нравится.

Решив домашние проблемы, сыщик вернулся к расследованию:

— Вызову-ка я этого шофера к нам в следственный комитет, пусть расскажет мне сам этот Аполлон Бельведерский, зачем приезжал, встречался ли он с Ворониным в приемной.

Майор внезапно поменял свое решение:

— Нет, не буду спугивать его раньше времени, поеду сам в главный офис, у меня там тоже есть дела. Надо заново проверить показания Петровой Клавдии Григорьевны, которая сняла с Воронина-сына подозрение в убийстве его секретарши. Да, по-прежнему, не дает покоя телефон Лариной, почему он оказался в руках убитого?

Майор Пронин стал собираться в офис к Воронину-отцу, хорошо понимая, что пока не найдут мотива, почему была убита эта любовная парочка, все равно, не удастся раскрыть преступления. А мотив для убийства пока просматривается только у Ворониной Екатерины Дмитриевны: Ларину прикончила, как любовницу мужа, а мужа, чтобы все богатства остались ей.

— Но причем здесь любовница, если Воронина все равно на следующий день собиралась убить мужа?

— А, просто так, из-за неприязненного отношения к ней.

Так, сам себе отвечал майор, прекрасно понимая, что все это – глупые фантазии из-за беспомощности следствия, найти настоящий мотив и преступника или преступников.

Пока майор Пронин добирался к офису Матвея Тимофеевича, он, горя́ от нетерпения поскорее опросить шофера Васю, поехал не в объезд, а напрямик, прекрасно зная, что там ремонт дороги, и, конечно, угодил в многокилометровую пробку.