Книга Странное убийство, страница 84 – Валентина Раскач

— А, как вы относитесь к Олегу?

— Как к своему сыну.

— Олег знает, что вы – не родной его отец?

— Уже, когда Олегу было лет двадцать, какой-то доброжелатель раскрыл ему правду. Он, естественно, задал мне вопросы, я ответил ему:

— Ты – мой сын, а чужие пересуды не хочу даже обсуждать.

— Так каждый год Света отодвигала срок, когда я, наконец, смогу уйти, потом, в конце концов, мы оба смирились с такой жизнью. Встречались мы на нейтральной территории.

— А, теперь я догадалась – когда мама периодически уезжала на два дня, якобы к своей подруге, на самом деле она встречалась с вами. Получается, вы, Юрий Ильич, всю жизнь шли на поводу у гипертрофированной эмпатии моей мамы. Она всегда думала в первую очередь об эмоциях и страданиях других людей, забывая про свои чувства и переживания. Я считаю, что вы, Юрий Ильич, если бы на самом деле любили мою маму, были просто обязаны, не слушать ее «детского лепета», о том, как трудно Иде и ее сыну, а думать, каково маме с маленьким ребенком на руках. Должны были, как мужик, гаркнуть, поставить маму на место, исправить свою же ошибку с идиотским договором. В конце, концов вашего Олега вы могли воспитывать вместе со мной, женившись на маме. Видно, вам самому так было удобнее, и нечего ссылаться на мамины просьбы. Тем самым, вы исковеркали ее жизнь, свою, а меня лишили отца. Теперь вы – мне никто, я никогда не назову вас папой, несмотря на все анализы на отцовство. Вы – для меня абсолютно чужой человек.

— Вика, я тебя понимаю, поэтому не собираюсь отягощать тебя запоздалыми раскаяниями и навязывать родство. Я просто хотел выполнить последнее желание твоей мамы, рассказать, как нельзя поступаться своими чувствами. Я поведал тебе нашу историю, думаю, этим я успокоил Светлану, она там сверху видит нас. Кстати, ты не слышишь, у тебя надрывается телефон?

— Нет, я не слышала, сейчас возьму.

— Тема, да не волнуйся, у меня все хорошо, просто здесь такой шум, я не расслышала звонки телефона, у меня рингтон на минимальной громкости. Ты уже едешь за мной на кладбище? Ну, ты даешь! Ты же еще при первом переезде что-то забыл в маминой квартире, хотел заехать, забрать? Отложил на завтра? Понимаю, я тоже соскучилась. Ладно, потом все объясню, буду ждать тебя в придорожном кафе, здесь недалеко от кладбища. Сейчас узнаю, как кафе называется, затем скину тебе в WhatsApp ориентировку.

— Вика, не возражаешь, я побуду с тобой до приезда твоего друга. Я не могу в таком злачном месте оставить тебя одну. Может, заказать тебе горячего кофе или чай?

— Можно, лучше чай в чайнике с чебрецом, кофе здесь отвратительный.

Садовников за компанию заказал и себе чай с мятой. До приезда Артема усердно пили чай, каждый уставившись в свою чашку. Повисло неловкое молчание, после резких слов Вики говорить было не о чем. К счастью, Шатров, видно, был уже на подъезде к кладбищу, поэтому долго ждать не пришлось. Вика не могла сдержать счастливой улыбки, увидев атлетическую фигуру Артема, ввалившегося в забегаловку. Садовников же при виде Шатрова удивленно вскинул брови, но не озвучил причину своего изумления. Зато подошедший Артем сразу огорошил «гражданина», да и Вику фразой:

— Здравствуйте, Юрий Ильич! Вот так неожиданная встреча. Оказывается, вы мою жену похитили. Я волнуюсь, полчаса не мог Вике дозвониться, уж думал она на кладбище заблудилась.