Книга Странное убийство, страница 49 – Валентина Раскач

— Мне тоже кажется странным, что Светлана Михайловна не сообщила вам о таком монументальном подарке. Будьте добры, поройтесь в документах вашей мамы, отыщите эту дарственную.

Вика хотела было ответить, что не имеет привычки рыться в маминых личных вещах, но поняла неуместность такой постановки вопроса. Теперь, когда мамы нет, она обязана сама заниматься всеми мамиными делами.

— Да, мне еще повезло, что похороны организовал мамин друг. В принципе теперь, я должна стать по-настоящему взрослой и взять на себя все функции, от которых раньше меня освобождала мама, потом Виталий.

Эти мысли молнией пронеслись в голове девушки, поэтому она спокойно ответила следователю:

— Да, сейчас попробую найти.

Вика быстро нашла дарственную, но от меткого глаза журналистки не ускользнуло, что перед ней всего лишь копия. Девушка ухватилась, за эту деталь, как за соломинку. Может просто так пошутил «гражданин». Вика с торжествующим видом протянула майору:

— Неужели вам эта бумажка понадобилась? Мне, кажется, что вы гоняетесь за «филькиной грамотой», Виктор Алексеевич. Всего лишь копия, разве она считается документом?

— Виктория Юрьевна, не торопитесь с выводами, поищите выписку из ЕГРН на особняк. По-моему, оригинал сдают, когда переоформляют недвижимость.

Действительно под копией дарственной лежала выписка из ЕГРН, подтверждающая, что Светлана Михайловна Градова является собственницей дворца. Вика отрешенно протянула выписку следователю. В висок девушки дятлом стучала одна мысль:

— Почему я не интересовалась жизнью мамы, жила как бы в параллельном мире, ничего о ней не знала? Сама мама мне ничего не рассказывала, не желая отягощать меня житейскими проблемами, но почему-то не захотела поделиться даже женскими радостями. Всегда говорили только обо мне, о моих делах. Даже умирая, мамочка переживала, что я бросила не только Виталия, но и работу в редакции. В последние минуты жизни она думала не о своем здоровье, а просила близкого друга (о котором мне ни словом ни обмолвилась) пристроить меня. Как это на нее похоже! Вот бы вернуть все назад, я бы….

Горестные мысли девушки прервал следователь:

— Виктория Юрьевна, все верно, можете забирать.

— Неужели так быстро? Я думала, вы с собой заберете документ. А для чего вам была нужна эта бумажка? Вы думали, она поможет раскрыть убийство Сережи? – (все-таки не удержалась, съязвила Вика).

— Нет, я должен был удостовериться, что Садовников мне не солгал. Следствию не очень понятно, почему гражданин живет в даче, которую подарил? Нам он объяснил, что между ним и вашей мамой была такая договоренность. Как теперь проверишь эту договоренность? Странно, но я вам, Виктория Юрьевна, уже говорил, что в этом деле сплошные странности, и эта – одна из них. И в череде странностей также присутствует ваша неосведомленность о дарственной. Вы едете на дачу в маленький старый домишко, хотя вашей маме принадлежит соседский дворец.

Неожиданно майор Смехов осекся, видно, вспомнил, что обещал сегодня сообщать только хорошие новости. А, может быть, до сыщика дошло, что негоже терзать девушку, день назад похоронившую маму, своими версиями и пока ничем не подтвержденными подозрениями.

Только за майором захлопнулась дверь, Вика почувствовала, как в ней происходят странные метаморфозы. Неуклюжий вопрос следователя, как ни странно, послужил как бы толчком для высвобождения эмоций и накопившихся переживаний в душе девушки, своего рада катарсисом. Вопрос майора подбросил в еле тлеющую топку мозга Вики полено, оно помогло разгореться огню, мозг начал усиленно работать. Девушка, которая еще пять минут назад, кроме переживаний и сожалений о упущенных возможностях в отношениях с мамой ни о чем другом думать не могла, вдруг очнулась, как будто вышла из забытья, и поняла, что надо не сидеть, умываясь слезами, а действовать. В голове стал складываться следующий план: