Книга Инициация, страница 66 – Оратор

— Нравится. Произнесла она по девичьие сжав руки у груди.

— Тебе лет сколько?

— Четырнадцать. Ответил сын Ратибора.

— Через два года сыграем свадьбу. Огорошил всех присутствующих Октай в том числе собственную жену.

— Милый, ты уверен?

— Парень смелый, сын Владимира умный пустит его норов на доброе дело, многого добьётся. — Ну только если скажет о моей внучке ерунду как вчера, кожу придётся всё таки снять. Бросил он напоследок давая понять что у него везде есть уши.

Так и закончилась для ребят первая битва в степи.

Но вот старейшину ещё ждал тяжёлый разговор дома, едва они скрылись за порогом дома и укрылись от лишних ушей домашних, в спальне сразу началась выволочка.

— Октай, ты действительно хочешь выдать Алсу за этого пацана? Вопрошала она, ложась на кровать, прошли те времена, когда они спали в юрте.

— Любимая моя Яйлак, красивая как рассвет после сечи, парень в четырнадцать находится в ранге Гридня, я дорос до этого ранга в шестнадцать. Подумай, чего он может добиться?

— Были и те, кто добился этого ранга раньше тебя, свирепый мой муж как гроза в ветряную ночь, но многие ли из них доросли до твоего уровня сейчас? Этот парень даже не из знатного рода.

— Если он докажет своё право силой, знатность — вопрос времени, отец у него достойный воин. Слабый, но яростный, умный и отважный, если сыну передались эти качества с его потенциалом, он станет достойным мужем. Да и к тому же свадьба будет через два года, если окажется слабым, даже до неё не доживёт.

— Ты так веришь в этих Лютояровых? Непонимающе отозвалась Яйлак, снимая одежду, глядя мужу прямо в глаза. Володя был умным мальчиком, но ему не хватало силы.

— Его разум всё покрывает с гурьбой, жена моя, и сын у него вырос достойным, ты видела, как он бросил копьё, даже не задумываясь, что его соратник броситься за Ался.

— Я ему благодарна. Ответила женщина, встав и сделав два шага, прижавшись к мужчине. Но почему ты так поздно вмешался?

— Любимая, Урусовы близко, я это чувствую, когда они придут сюда, я их сдержу, ты знаешь мою силу, даже пять Багадоров не будут для меня угрозой, но что, если я умру в бою? Детей нужно закалить к тому времени.

— И дать им лазейку отступить в Хорезм, да?

— Ты точно поняла суть. Произнёс старец, сняв верхнюю одежду и прижав жену к себе ещё крепче. — А теперь, Яйлак, перед тем как встретить сечю, я хочу насладиться самой красивой женщиной степи.

Больше они не говорили, говорить было не о чём.

Тем временем подростки зализывали раны: кто-то ментальные, а кто-то, как Боеслав, вполне себе физические. Спина парня всё ещё была покрыта противной спекшейся коркой, а Святополк подшучивал, что в палатке пахнет шашлыком, и сыну Ратибора стоит беспокоиться, как бы твари из Зоны не сбежались на этот запах. Боеслав с радостью дал бы товарищу по башке, вот только спаленная спина не позволяла шевельнуться.

— Можно зайти? — раздался женский голос за пологом.

— Конечно! — отозвался Святополк, глядя на товарища с ехидной усмешкой. Получив разрешение, в тесную палатку шагнула Алсу Гирей. Правда, не в привычных воинских доспехах, а в нарядном степном платье. В руках она держала деревянную миску с пахнущей травами мазью.

— Ой! — вдруг вспомнил Святополк. — Я же забыл покормить Атамана! Святополк имел в виду своего коня, а сразу после этих слов скрылся из палатки со скоростью ассасина со стажем.