Книга Генерал под напряжением, или Как ведьма хотела замуж, страница 71 – Татьяна Михаль

Матушка действительно стала моей тенью.

Она появлялась рядом каждое утро, когда я спускалась к завтраку, и провожала меня до столовой с таким видом, будто я могла заблудиться по дороге.

Она приносила мне книги о беременности и воспитании детей.

Она учила меня столичным манерам, объясняла, кто есть кто в светском обществе, и предупреждала, кого стоит опасаться, а кого можно игнорировать.

Она рассказывала о Кесаре в детстве, и я слушала, раскрыв рот, потому что этот суровый генерал, перед которым трепетали министры, когда-то плакал, потому что матушка не разрешила ему взять на прогулку всех трёх игрушечных лошадей сразу.

— Он был упрямым, – говорила она, глядя на сына с такой любовью, что у меня сжималось сердце. – Упрямым, требовательным, невыносимым. Но добрым.

— Матушка, – говорил Кесарь, появляясь в дверях. – Ты опять преувеличиваешь?

— Я рассказываю про то, какой ты был замечательный, – отвечала она. – И мы с Аглаей обсуждаем важные женские вопросы.

— Какие? – спросил он с подозрением.

— Цвет штор в детской, – произнесла матушка. – Кесарь, дорогой, не мешай. Иди, командовать своими войсками.

Он ушёл, а мы с матушкой переглянулись и рассмеялись.

— Он очень хороший, – проговорила я нежно.

— Лучший, – согласилась она. – Просто ему нужно время, чтобы привыкнуть к мысли, что его жизнь теперь не только его, и что в ней есть место не только приказам и долгу.

— Я знаю, – кивнула я. – Я тоже привыкаю.

— Привыкай, милая, – произнесла она и взяла меня за руку. – Потому что это теперь твоя жизнь, и она, поверь мне, будет прекрасной.

* * *

Кесарь носил меня на руках. Это началось с того дня, когда он узнал, что станет папой.

— Генералы не носят жён на руках! – смеялась я.

— Этот конкретный генерал носит, – заявил он и поцеловал меня так, что я забыла, о чём спорила.

С тех пор это стало привычкой. Если мы шли по саду, он мог вдруг подхватить меня и пронести несколько шагов, просто потому что «захотел».

Если я уставала после прогулок, он подхватывал меня на руки и нёс до кареты, не обращая внимания на изумлённые взгляды прохожих.

Бывало, что я засиживалась допоздна за чтением, тогда он подходил, поднимал меня с кресла и уносил в спальню, шепча: «Пора спать, моя ведьма».

— Ты меня балуешь, – говорила я, уткнувшись ему в плечо.

А он был рад меня баловать.

Феня составлял план по воспитанию потомства. Я нашла его в кабинете матушки, когда искала забытую там книгу.

Кот сидел за столом, положив перед собой лист бумаги, и что-то сосредоточенно писал лапой.

Нет, я не шучу. Он держал перо в лапе и выводил буквы с такой серьёзностью, что я замерла на пороге, боясь спугнуть это чудо.

— Феня? – осторожно позвала я.

— Не мешай, – буркнул он, не поднимая головы. – Я составляю важный документ.

— Какой?

— План по воспитанию твоего потомства, – сказал он, и я чуть не села на пол.

— Что?

— Что слышала, – кот отложил перо и повернулся ко мне. – Глаша, ты же не думаешь, что я позволю тебе растить детей без моего участия? Я – часть семьи. И я буду играть важную роль в воспитании твоих… наших… ну, в общем, этих маленьких существ, которые скоро появятся.

— Появится пока один, – сказала я.

— Где один, там скоро будет два, три и так до бесконечности, – отмахнулся он. – И я должен быть готов. Вот, смотри.