Книга Генерал под напряжением, или Как ведьма хотела замуж, страница 12 – Татьяна Михаль

— Заклинание? – он произнёс это слово так, будто оно означало «чума» или «измена родине».

— Я могу всё объяснить...

— Так объясните! – рявкнул он. – Но сначала откройте эту проклятую клетку!

Я попыталась снова.

Потянула дверцу, нажимала на прутья… И металл под моими руками нагрелся, вспыхнул, и меня вдруг ударило током. Не сильно, но достаточно, чтобы я отдёрнула руки и сделала шаг назад.

— Ай! – пискнула, чувствуя, как волосы снова начинают подниматься.

Феня раздражённо вздохнул.

— Глаша, – начал он назидательно, – я, конечно, не специалист по ритуальной магии, но мне кажется, что если клетка появилась не по твоему плану, то и открываться она будет, когда сама захочет. Понимаешь?

— Спасибо, Феня, я всё понимаю! – рявкнула в ответ, чувствуя, как щёки заливаются краской стыда и ужаса.

Генерал смотрел на меня из клетки, как на дебилку.

Его тёмные и страшные глаза изучали моё лицо, руки, платье, которое после всех приключений выглядело так, будто я участвовала в битве и проиграла.

— Давайте по порядку, – произнёс он голосом, который, наверное, заставлял целые армии выстраиваться в шеренгу. – Кто вы такая? Что это за место, и почему я оказался в этой... конструкции?

— Я Аглая, – выпалила сразу, потому что это был единственный вопрос, на который знала ответ. – То есть… Аглая Заречная, и я потомственная ведьма. А это мой дом, само место называется «Тихая Заводь». А вы...

Я замолчала, потому что поняла, что понятия не имею, кто он.

— Меня зовут Кесарь Горский, – сказал он, и когда я услышала его имя, чуть не рухнула в обморок. – Генерал Горский. И я требую, чтобы меня немедленно выпустили, иначе...

— Иначе что? – полюбопытствовал Феня, который успел устроиться на столе и теперь наблюдал за нами. – Вы объявите нам войну? Или начнёте осаду? Ах, а может, вы подтянете артиллерию? Ой, вы не сможете, потому что ваши возможности на данный момент весьма и весьма ограничены. Точнее, их вообще нет.

Генерал Горский опасно сузил глаза.

— Вы отвечаете за этого животного? – спросил он ледяным тоном.

— Он мой фамильяр, – пискнула я. – И он обычно не такой... То есть он всегда такой, но обычно он не такой... Вот…

— Я, на минуточку, единственный разумный источник в этом доме, – с достоинством объявил Феня. – И если вы, генерал, собираетесь здесь задержаться, то советую привыкать к нам.

Генерал Горский прикрыл глаза. Я видела, как дёрнулся его кадык, напряглись желваки.

Когда он снова открыл глаза, в них было спокойствие человека, который только что принял трудное решение.

— Хорошо, – произнёс он тихо. – Я пока подожду, но когда выйду...

Он не закончил фразу.

Не закончил потому, что я, сделав шаг к клетке, чтобы что-то сказать, например, извиниться, объяснить, провалиться сквозь землю, поскользнулась в зелёной луже, взмахнула руками, потеряла равновесие и, ударившись головой о прутья, потеряла сознание.

Последнее, что я услышала, был голос Фени:

— Ну вот, теперь у нас два пленника. Только один в клетке, а второй в собственной голове. Глаша, ты как всегда, в своём репертуаре...

Потом всё погрузилось в темноту.

— КЕСАРЬ —

Всё началось с того, что климатологи соврали.

Впрочем, я привык к тому, что климатологи врут чаще, чем политики на предвыборных собраниях.

Разница лишь в том, что политики хотя бы стараются, чтобы их ложь звучала красиво.