Книга Наследие Льва, страница 25 – Ирина Серебрянская

— Это не случайность. Его убрали, потому что он что-то видел вчера. Или что-то знал. Ищите не просто человека. Ищите место, где его могли спрятать быстро.

Лев остановился. Не оборачиваясь. Просто замер. Потом кивнул ещё раз, уже не глядя на неё, и исчез в толпе, увлекая за собой людей, как ураган — сухие листья.

Арина осталась одна на опустевшем берегу ручья. Крики и приказы доносились со стороны склада. Она посмотрела на разбитую рацию у своих ног, потом в сторону леса, где начиналась охота. Она чувствовала холодную дрожь по спине — не от страха за себя. От осознания, что игра вскрыла свои истинные правила. И что человек, которого она начала видеть не как противника, а как… как некую сложную, болезненную константу этого мира, сейчас нёс на своих плечах всю тяжесть этого открытия. И в тот миг, когда его взгляд искал в ней опору, она впервые почувствовала не профессиональный интерес, а острое, пронзительное желание эту опору ему дать.

Поиски затянулись до вечера и не дали ничего. Ни тела, ни живого Влада. Только глухое, давящее молчание леса, которое для Льва было красноречивее любых слов. Лес прятал свою тайну, а Поселение затаилось, опутанное страхом и подозрениями.

Арина провела день, анализируя данные с датчиков. Помехи были. Небольшие, в разных секторах, словно кто-то умело и ненадолго «ослеплял» систему. Это говорило о профессионализме. Но этого было мало. Чёртовски мало. Отчаяние, холодное и тихое, начало подбираться к ней. Тупик.

Она сидела в своей комнате в гостевом доме и смотрела на стандартный набор РЭБА. Он был бесполезен против такого противника. Против той тьмы, что умела прятаться не только в лесу, но и в сердцах людей. Нужны были другие инструменты. Она заперла дверь на щеколду, отодвинула кровать и сняла половицу, под которой лежал её личный, запечатанный и опломбированный алюминиевый кейс. Секретный груз. Её страховка и её крест. Она вскрыла его, услышав тихий щелчок замков.

Час спустя она вошла в комнату с картами. Лев был уже там. Он стоял у стола, уставившись в одну точку на карте восточного сектора, но взгляд его был пустым, обращённым внутрь. Он был без куртки, в простом тёмном свитере, и его плечи под тканью выглядели невероятно уставшими.

— Я проверила данные, — начала она, но он перебил её, не оборачиваясь.

— И?

— Есть следы умелого вмешательства в систему наблюдения. Но чтобы идентифицировать источник, нужен спектральный анализ помех и более глубокое оборудование.

Он медленно повернулся. И его глаза упали сначала на неё, а потом на массивный чёрный чемодан нового образца, который она поставила у ног. Он был больше и технологичнее того, с которым она приехала. А потом его взгляд скользнул к её поясу. Там, вместо стандартного пистолета РЭБА, висел в кобуре плоский, угловатый «Глок» с глушителем особой конструкции — оружие спецназа, а не следователя. На груди у неё висел на тонком шнурке не диктофон, а миниатюрный модуль спутниковой связи с шифрацией.

Лев замер. Тишина в комнате стала густой, как смола. Все его усталость, всё отчаяние мгновенно выгорели, уступив место леденящей, сфокусированной ярости. Он видел обман. Во всей его нагой, технической красе.

— Что это, — его голос был тихим, но каждый звук в нём был отточен, как лезвие.