Книга О, мой бог... или вынеси меня, если сможешь!, страница 6 – Надежда Мамаева, Мира Вишес

— Да чтоб меня! — выругалась, соображая, что сделать первым: попытаться ощупать ногу, или зажать рану рукой, или найти в сумке лекарские салфетки с обеззараживающим заклинанием.

Пришла к выводу, что стоит сначала попытаться унять кровь, — закопошившись в своей торбе, нашла-таки салфетку и приложила ее к ране. Конечно, ткань была рассчитана на то, чтобы очистить руки, например, перед едой, а не для перевязки. Но все же лучше, чем ничего.

Вот только ногу тут же не то что защипало — опалило огнем. Да, кажется, на салфетку были наложены не только чары, но и пропитка жидкостью. Той самой, которая прошла огонь, воду, медные трубы и запреты росмагнадзора на публичное упоминание без возрастного ценза.

Я взвыла второй раз. И кажется, на этот вой приманила новые неприятности, потому как за спиной раздались шаги.

Вот только охраны мне здесь не хватало. И даже удрать теперь не могу. Разве что уползти. Медленно. Оставляя за собой широкий след, как очень толстая змея. И надо было так не вовремя повредить ногу! Хотя когда травмы происходят вовремя?

Попыталась обернуться, первое, что увидела, — это мужские ботинки. Добротные, из дубленой кожи, они стояли на этой каменистой земле весьма уверенно, я бы даже сказала — по-хозяйски, что ли…

Скользнула взглядом выше — по практичным и явно удобным коричневым штанам, что облегали высокие и, сдается, весьма сильные ноги, по ремню с внушительной бляхой, белой льняной рубашке, не скрывавшей рельефа мышц широких плеч. Верхние пуговицы ворота были расстегнуты, открывая и смуглую кожу, и ложбинку меж ключиц, а под ней — небольшой фрагмент точно вырубленной из камня мужской груди.

Мой взгляд скользнул дальше: по внушительной шее с едва заметно бьющейся жилкой, по волевому подбородку, чуть тронутому щетиной, по прямому, точно вырезанному древнеримейским скульптором носу. По разлету черных, густых, чуть сросшихся у переносицы бровей, что придавали его лицу опасное, отчасти даже хищное выражение.

И только потом я встретилась взглядом с темными, точно тяжкий грех, глазами незнакомца.

Во рту враз пересохло. Ибо никогда не думала, что мой персональный провал будет выглядеть именно так… Грешно!

Ибо этот брюнетистый тип был из породы тех, кому смелые леди могут даже крикнуть «возьми меня стоя». Ну или сидя, или лежа… По ситуации, в общем. В моей — за проникновение на охраняемый объект.

— Как вы здесь оказались? — меж тем с легким акцентом уточнил этот здоровущий незнакомец.

Я уже хотела было ляпнуть «случайно», но в последний момент прикусила язык. Поскольку наверняка следующим, что скажет этот громила, будет список моих прав. И я на всякий случай до их оглашения решила воспользоваться первым из этого перечня — хранить молчание.

И лишь развела руками. Мол, моя твоя не понимать, только взирать и любоваться.

Впрочем, незнакомец и последнего делать не стал, лишь глянул мне в глаза, потом чуть ниже, еще ниже. Еще. Остановил взор на ноге и, кажется, выругался. Во всяком случае, литературному переводу фраза как с ново-, так и с древнекейрийского не поддавалась.

А после стремительно приблизился и, невзирая на все мои вопли, взял в руки лодыжку, ощупал ее, пробормотал:

— Всего лишь вывих.

И… вправил. Судя по боли — мозги. Но, по сути, похоже, все же сустав. Потому как после яркой вспышки перед глазами неожиданно лодыжке стало… легче. И голове соображать — тоже.