Книга Дракон отдал мое место другой, страница 76 – Виолетта Вейл

Я посмотрела на него.

— Занята? Как трогательно быстро в этом доме появятся новые версии событий.

— Не начинай.

— Я даже не начинала. Это дом у нас удивительно быстрый на придумывание приличных объяснений всему неприличному.

Мы вышли из часовни вместе, но до первого поворота молчали. В коридоре было темнее, чем обычно, и запах погасшего воска все еще тянулся за мной, как напоминание.

— Ты пойдешь в башню снова? — спросил он внезапно.

— Возможно.

— Не одна.

— Нет.

— Элинар.

— Я уже слышала. И все равно нет.

Он остановился.

Я тоже.

— Почему ты всегда выбираешь самый опасный путь? — спросил он.

Я посмотрела на него спокойно.

— Потому что безопасный в этом доме уже выбрали за меня. Он ведет к креслу у стены, тихому ужину в покоях и постепенному исчезновению. Мне он не подходит.

Это заставило его замолчать.

Потом он только кивнул. Коротко. Будто признал то, с чем спорить уже поздно.

— Тогда хотя бы скажи, если пойдешь.

— Посмотрим.

— Это не ответ.

— Именно.

И я ушла раньше, чем он успел снова превратить просьбу в приказ.

В покоях Нира сразу заметила след на моей ладони.

— Что это?

— Слишком длинная история.

— Я все равно спрошу.

— И правильно.

Я села к столу, развернула чистый лист и написала:свечи предков погасли одновременно . Ниже:знак на пустом месте проступил снова . Ниже:его ладонь — жар — отклик стены .

Нира читала через плечо и мрачнела с каждой строкой.

— Это звучит так, будто сам дом начал орать на весь дворец.

— Да. Только пока шепотом.

— И что это значит?

Я посмотрела на красноватую линию на ладони.

Потом на темное окно.

— Это значит, что они боялись не зря.

— Кто?

— Все, кто так старательно оттаскивал меня от огня, от ритуалов, от башни и…

Я запнулась.

— И от него.

Нира очень тихо выдохнула.

— Леди.

— Не надо.

— Я ничего и не говорю.

— Вот и хорошо.

Но она уже сказала все одним взглядом.

И хуже всего было то, что я сама думала о том же.

Когда он коснулся моей ладони, погасли все свечи предков.

Не вспыхнули.

Не согрели.

Сначала умерли.

А потом зажглись заново по новому, страшному рисунку.

Как будто сам род на секунду перестал дышать, прежде чем признать: подмена зашла слишком далеко, а старая связка все еще жива.

И если это правда, то дальше будет уже не просто больно.

Дальше будет опасно для всех, кто строил эту ложь на уверенности, что память можно выжечь без остатка.

Глава 14. Меня пытались убить так красиво, будто это был танец

После часовни я долго не могла избавиться от ощущения, что весь дворец теперь дышит иначе. Не потому, что кто-то уже знал о погасших свечах предков. Наоборот. Снаружи все оставалось почти прежним: слуги носили подносы, жгли лампы в длинных галереях, закрывали ставни на ночь, а старшие дамы, должно быть, уже разложили сегодняшний день по удобным версиям, в каждой из которых было достаточно приличия, чтобы пережить еще один ужин. Но для меня дом изменился. После башни и часовни его стены перестали казаться просто враждебными. Они стали похожи на тело, внутри которого идет старая болезнь, и я наконец начала различать ее жар.

Ночь пришла тяжелая, без снега, с сырым ветром, который бил в окна так, будто хотел добраться до камня. Я сидела у стола, перечитывала записи и пыталась удержать в голове все сразу: Лиору, старую сделку, выжженную память мужчин, лицо судьбы, свечи, отшатнувшийся огонь, знак на пустом месте в часовне. Когда фактов становится слишком много, они начинают мешать друг другу, как люди в тесной комнате. Тогда нужно брать один и вести за собой остальные.