Книга Отданная врагу. Ненужная дочь драконьего рода, страница 45 – Лилия Тимолаева

— Драконье тепло проще удерживать возле тела, чем постоянно отправлять в камень. Если согреемся сами, часть сил останется для грядок.

Ивена почувствовала странное волнение.

В другой ситуации она бы нашла десяток причин отказаться.

Но пальцы действительно начали мерзнуть.

— Хорошо.

Она пересела ближе.

Эйдар устроил покрывало так, чтобы оно закрывало обоих.

Сначала между ними осталось достаточно места.

Потом очередной порыв ветра ударил в стену, откуда-то сверху посыпался иней, и температура снова упала.

Тепло Эйдара стало ощутимым.

Оно исходило от него мягкой волной.

Ивена невольно придвинулась ещё немного.

Его плечо оказалось рядом.

Она почувствовала тепло вдоль руки.

— Лучше? — спросил он.

— Да.

— Тогда спите.

— Вы опять.

— Вы едва держите глаза открытыми.

— Я контролирую.

— Конечно.

— Не надо этим тоном.

— Каким?

— Будто я ребёнок.

— Я видел детей, которые гораздо охотнее признают усталость.

Ивена хотела возразить.

Зевнула.

Эйдар улыбнулся.

— Ни слова.

— Я ничего не сказал.

— Но подумали.

— Вы теперь и мысли читаете?

— Ваше лицо очень выразительно.

Она устроилась удобнее.

Голове снова некуда было лечь.

Эйдар чуть сдвинулся.

— Можете на плечо.

Ивена посмотрела на него.

— Что?

— Вы всё равно через пять минут туда упадёте.

— Не упаду.

— Хотите поспорить?

Она уже знала, чем заканчиваются их споры.

— Нет.

Ивена осторожно положила голову ему на плечо.

Тело сразу напряглось.

Не его.

Её.

Она чувствовала каждую точку соприкосновения: твёрдое плечо под щекой, его руку рядом с её локтем, тепло, удерживаемое покрывалом.

Эйдар не двигался.

Не воспользовался близостью.

Не обнял её без разрешения.

Просто сидел.

Через несколько минут Ивена расслабилась.

— Странно, — пробормотала она.

— Что?

— Я думала, вы будете другим.

— Каким?

— Не знаю. Хуже.

— Очень лестно.

— Отец называл вас врагом.

— Для него я и есть враг.

— Для меня?

Вопрос прозвучал сонно.

Эйдар ответил не сразу.

— Это решать вам.

Ивена закрыла глаза.

Перед ней на мгновение возник родной холл.

Орвен.

Лисель.

Открытые двери.

Слова: «Потерю Лисель наш род не переживёт».

Потом картинка исчезла.

Здесь гудел ветер.

Рядом сидел человек, которому отец отдал её как удобную часть сделки.

Этот человек первым предложил ей уехать.

Дал договор на чтение.

Платил за работу.

Таскал доски ради её оранжереи.

Сидел ночью на холодном полу и грел землю, потому что она десять дней ждала один зелёный росток.

Ивена вдруг поняла, что больше не слушает бурю.

Она слушает дыхание Эйдара.

Ровное.

Спокойное.

Рядом с врагом ей впервые после отъезда из дома было безопасно.

Эта мысль должна была испугать.

Но сил на страх уже не осталось.

— Разбудите через полчаса, — пробормотала она.

— Обязательно.

— Вы обещали и раньше.

— Помню.

— И никаких самостоятельных подвигов с каналами.

— Ивена.

— Что?

— Спите.

Она хотела сказать, что не любит приказов.

Не успела.

Сон забрал её раньше.

Ивена проснулась от непривычного ощущения тепла.

Сначала не поняла, где находится.

Щека лежала на чём-то твёрдом, рядом ровно поднималось и опускалось мужское плечо, а поверх неё было натянуто шерстяное покрывало.

Она открыла глаза.

Печь догорала.

За узким окном служебной комнаты всё ещё была серость.

Эйдар сидел в той же позе.

— Сколько прошло?

Он посмотрел вниз.