Книга Сахарная империя. Цена перемен, страница 106 – Юлия Арниева

— Значит, мы подождем подходящего момента, — ответила я, забирая взятку. — Тем более что веские доводы уже на подходе: человек, отправленный в Филадельфию, рано или поздно вернется со всеми необходимыми бумагами. Вот тогда мы и нанесем визит.

Граф посмотрел на меня, и в его глазах зажегся недобрый, азартный огонек, который я так хорошо изучила.

— С бумагами, — повторил он. — И с законным наследником Хавершемов. О, я дорого бы дал, чтобы увидеть их лица. — Он удовлетворенно усмехнулся и выложил козырь. — А кузену тем временем пусть Финч продолжает пускать кровь, выставляя счета по гинее за каждое судебное предписание — единственное кровопускание, которое я одобряю.

Мы завершили партию; граф выиграл, приписал этот успех исключительно ясности своего ума и отправился на покой в самом воинственном расположении духа. Я же поднялась к себе, но еще долго стояла у окна, всматриваясь в ночную темноту Норфолка.

— Миссис Хавершем еще не спит, миледи, — тихо проговорила Джейн, возвращаясь в мои покои. — А мальчик уже у себя. Пегги сказала, что он совершенно лишился сил — весь день напролет бегал по комнате за бумажной птицей.

— Хорошо, — кивнула я и, набросив на плечи шаль — в коридорах Хавершем-холла по вечерам было довольно прохладно, — направилась в южное крыло.

Берит действительно бодрствовала. Она полулежала, опираясь на высоко взбитые подушки; на столике у изголовья горела свеча, рядом лежала раскрытая Библия, но по тому, как давно не переворачивалась страница, я заключила, что чтение едва ли занимало ее мысли.

— Миледи? — Она встрепенулась при моем появлении. — Что-нибудь с Эдмундом?

— Все благополучно, мальчик давно спит. Я пришла поговорить о вас — и с вами, если у вас достанет сил выслушать меня.

Я заняла кресло у постели и изложила ей то, что обдумала за ужином.

— Завтра для вас приготовят другие покои, если вы не станете возражать. Малую гостиную в восточном крыле: ее окна выходят на южную сторону, в парк, и там имеется дверь, ведущая прямо на террасу. Правила приличия не велят занимать спальни на первом этаже, — но нам с вами, полагаю, простительно поставить удобство выше условностей света. Оттуда вам не придется одолевать лестницы: всего несколько шагов, и вы в саду. Доктор Моррис не имеет ничего против неспешных прогулок, как только потеплеет, но он решительно возражает против ступеней.

Берит молчала так долго, что я испугалась, не дурно ли ей. Однако она лишь пристально смотрела на меня, и в колеблющемся пламени свечи ее глаза лихорадочно блестели.

— Комната с выходом в парк, — повторила она наконец едва слышно. — Миледи, я не смела и надеяться на подобное…

— Вот и прекрасно. — Я положила на край одеяла стопку книг, принесенных с собой. — И вот еще, чтобы вам было чем занять долгие часы. «Белинда» мисс Эджуорт — ее сейчас читает весь Лондон. «Робинзон Крузо» с прекрасными гравюрами — этот том, пожалуй, предназначается не столько вам, сколько для чтения вслух одному юному джентльмену. И «Векфильдский священник» — на случай, если первые две истории вам наскучат.

Берит бережно коснулась верхнего тома, проведя ладонью по кожаному переплету так, словно гладила живое существо.

— «Векфильдского священника» отец читал нам по-датски, — тихо произнесла она. — По воскресеньям, после вечерней службы. Он говорил: «Вот книга, где несчастья обрушиваются на людей столь же несправедливо, как и в жизни, но завершается все куда счастливее, нежели в земной юдоли, — потому ее и должно читать…» — Она подняла на меня глаза. — Благодарю вас, миледи.