Книга Все как ты хотел, или Только мой дракон!, страница 26 – Франциска Вудворт

И по завершении некоторое время не знал, что сказать.

— Кхм… – прочистил он горло, подбирая слова. – Что ж, сегодня намного лучше!

— Магнус Задотский, – неожиданно обратился к нему Эран, – думаю, каждый из нас успел оценить, где нашим партнершам не хватает опыта. Если вы позволите, мы повторим с ними эти элементы.

— Будьте любезны, – не стал препятствовать тот.

Эран отвел меня в сторону от остальных, словно желал немного уединения.

— Эм-м… С чего начнем? – спросила я, не понимая, что это с ним.

— Давай с начала.

— Хорошо.

Я присела перед ним, и мы начали танец.

— И много ты знаешь таких забавных историй? – спросил у меня дракон.

Хотела сказать, что ни-ни, вот только одна была, чтобы больше не нарываться, но он же из высших, чувствует ложь.

— Достаточно, – призналась я нехотя.

— Расскажи!

Что рассказать?! От нервов ничего путного в голову не лезло, лишь из детства про русского, немца и американца.

— Ла-а-адно, – медленно произнесла я, мысленно переделывая анекдот под этот мир. – После кораблекрушения на остров к людоедам выбросило капитана корабля, его помощника и обычного матроса. Они стали убеждать вождя, что их есть нельзя, и тогда тот сказал: «Ладно. Есть у меня три любимые обезьяны. Если за месяц вы научите их говорить, тогда я дам вам лодку, провизию и отпущу домой. А если нет, то извиняйте – съедим». Выбора у них не было, и они приступили к дрессировке. Через месяц приходят к капитану. Тот полненький, обезьяна откормленная. Бегает вокруг нее, просит заговорить, но обезьяна молчит. Съели капитана. Приходят к его помощнику. Тот худой от нервов, обезьяна откормленная, но, как он ни умолял ее, не заговорила. Съели помощника капитана. Приходят к матросу, а он толстый, аж лоснится, а от обезьяны кожа да кости остались. «Живодер, что ты сделал с моей любимой обезьяной?!» – в ужасе закричал вождь. «А что сразу я? – пожал плечами матрос. – Я ее кормил, а она есть не хочет!» Обезьяна схватилась за голову и возмущенно закричала: «Да брешет он! Брешет!!!»

И опять среди драконов раздались смешки, а Эран лишь выгнул бровь:

— «Брешет»?! – повторил он.

— Ну извини, «изволит говорить неправду» – звучит не так смешно, – в раздражении ответила я.

Тугодум он какой-то, совсем юмора не понимает. От моего ответа дружки его еще пуще засмеялись.

— Давай еще! – потребовал Эран, а я скрипнула зубами.

— На ярмарке проводили испытания, кто больше гвоздей забьет головой. Вышел крестьянин – забил три. Вышел кузнец свою силу показать и забил десять гвоздей. Решил и дракон удалью блеснуть и забил пятьдесят гвоздей. Победил кузнец.

— Почему? – не понял Эран.

— Дракона дисквалифицировали – он забил гвозди шляпками вниз.

— Но забил же!

— Эран, эта история с намеком – не нужно тупить! И хватит уже на сегодня историй, – отрезала я.

Дальше уже я танцевала с задумчивым драконом, но хоть комплиментами сыпать перестал. Урок пролетел незаметно, и в конце к нам подтянулись друзья Эрана.

— А я бы еще твои забавные истории послушал, – сказал с улыбкой один из них, не скрывая, что все слышал.

— Никогда не думал, что на уроках танцев так интересно, – подхватил второй.

— А когда следующее занятие? Я бы заглянул, – вторил третий.

— Я один заметил, что на уроке не хватает музыки? – спросил друзей Эран, переключая их на другую тему.