Книга Ночные птицы, страница 61 – Елена Коломеец

Закончив, наемник замер, восстанавливая привычную связь с миром. Мысли возвращались, а с ними и вечные человеческие сомнения и переживания. Чем еще обернется для него вся эта история? Ведь он склонялся к тому, чтобы присоединиться к Колти, давал им на это надеяться. А он — это одна из самых влиятельных гильдий страны. Но не стоит забывать, что, сложись так ситуация и необходимость, прочие силы, объединив усилия, смогут если не уничтожить Сынов ночи, то заставить надолго забиться в подполье. А этого он не мог допустить. Выступать на стороне Колти было бы намного проще. Но нужна ли ему эта простота? Да, мать и Лана были важной частью в его выборе. Важной, но не определяющей. Просто он вспомнил, кто такие адганы и во что они превратили Сидарк. Но все равно стоит быть крайне осторожным. Размышления совершенно привели его в себя, и, потянувшись, как большой кот, Арден повернулся к лодке.

— Ну и давно ты подглядываешь, — укоризненно, но с долей веселья, спросил он у Ланы. Та уже покинула судно и теперь уютно устроилась у костра, соорудив теплый кокон из парусины и спального мешка.

— Достаточно, — ответила та и улыбнулась слегка смущенно, но с вызовом. — Сядешь? Или у тебя запланированы еще какие-нибудь спортивные мероприятия?

Арден сел рядом и глубоко вздохнул, пытаясь вернуть былую чистоту и легкость ума, что совсем недавно занимала все его мысли. Но, трикс его раздери, мысли приняли совсем другое направление. Лана смотрела на него, не скрывая своего восхищения. Прижалась, положив голову на плечо и гладя пальцами его ладонь. И вся она была такая теплая, нежная, податливая, что Арден мог думать только об одном. Даже не думать, нет, а просто переживать всем своим существом. Как он обнимает ее. Целует тонкую до прозрачности кожу на шее. Сжимает страстно, сильно, неистово, до боли, до стона. Он прерывисто вздохнул, подставляя разгоряченное лицо прохладному ветру. Так больше продолжаться не может.

— Лан, — сказал он и почувствовал на губах мягкость ее губ.

Лана не задумывалась о том, сколько у Ардена было женщин, просто понимала, что много. Поэтому сразу как-то решила не строить из себя роковую красотку или пытаться произвести впечатление. Да, вот такая она, немного неловкая, немного наивная, немного неумелая, но ведь она ему такой и нравится. Наблюдая за тренировкой Ардена, она столько слов всяких придумала, таких себе разговоров нафантазировала, а потом села рядом, почувствовала жаркую силу его тела рядом, и слова стали ненужны. И она просто набралась смелости и поцеловала его сама. Как в омут с головой.

И как в омуте, ее закружило. Это было похоже на танец, страстный, горячий, в котором Арден уверенно вел, а Лана позволяла это, даже не подозревая, насколько сводит его с ума своей доверчивой податливостью. Они закутались в лежащую на земле парусину, скрываясь от холодного ветра с озера и непрошенных глаз.

С трудом сдерживая себя, Арден растягивал удовольствие, наслаждаясь ласками, но не переходя дальше. Он не мальчишка, чтобы набрасываться, как голодное животное. Она же совсем юная, да и та история в Нармарке… Только не напугать, не обидеть, не оттолкнуть. И он сдерживался, хотя от желания темнело в глазах и путались мысли. Гладить, целовать, нежить. Пусть расслабится, разнежится в его ласках, и сама захочет большего.