Книга Только не Академия темных хранителей, страница 93 – Елена Коломеец

Пока мы забираемся внутрь, подходят и Лео с Джуном. Рассказываю все, что видела. Про призыв маятника, как все держались за руки, и как он был разбит, если нас не было. Диану и Итана мы уже убедили, они и помогают нам убедить остальных.

— В конце концов, мы рискуем куда больше. Если предположить, что это ложь, то зачем? Похитить вас и требовать выкуп? Глупости какие-то. А мы вас проведем в самое секретное место академии, — говорю я.

И сама понимаю, что происходит что-то неправильное. Надо рассказать Райвену. Но мысль, что придется его видеть, говорить с ним, вызывает у меня панику. Нет. Я больше не хочу общаться с ним никогда в своей жизни.

Наконец, все усаживаются. В и без того маленькой гондоле становится совсем тесно, хотя нас почти столько же, как при полете на игру всей командой. Одного места не хватает, и Марго садится на колени Лиаму. Я смотрю на Тейта. Хотелось бы мне сейчас сесть ему на колени? Да. Сесть, обнять, почувствовать тепло и заботу. Но мне кажется, я запуталась во всех этих друзьях, приятелях и парнях. Запуталась в своих чувствах. Я хочу сидеть у него на руках, но вовсе не уверена, что хочу большего. И совершенно уверена, что искать у него утешения от боли, принесенной Райвеном — скотство.

— Можно тебя на два слова? — спрашиваю я его и увожу в самый хвост винтолета. Там есть небольшой закрытый отсек для багажа, где сейчас пусто.

Тейт молчит, но в его глазах я вижу проблеск надежды, и это, с одной стороны, пугает и печалит меня, но с другой — придает сил. Потому что я обязана набраться мужества и сделать все, чтобы не обманывать эту надежду.

— Ты однажды сказал, что главное, чтобы я не врала, — шепчу я, сжимая руки в замок так сильно, что белеет кожа, — и я не хочу тебя обманывать. Прости, но я не люблю тебя.

— Почему же ты плачешь? — спрашивает он таким бесцветным голосом, что мне хочется выпрыгнуть из винтолета в бездну, лишь бы не слышать его.

— Потому что ты мне очень дорог и близок. Но не так, как тебе нужно. Как брат, как друг, как один из самых близких людей. Мне так хорошо с тобой, надежно, спокойно. Если бы было можно…

— Можно, — Тейт обнимает меня, — пусть все будет как есть. Я не стану тебя больше донимать этим. Я буду ждать.

— Нет, — мне так тяжело говорить, что болит горло, будто само тело сопротивляется словам. — Ты будешь ждать, а я чувствовать, что ты ждешь. Прости меня, но я не могу.

— Но тебе ведь было хорошо со мной. Когда я обнимал тебя, целовал ямочки на шее, гладил тонкую кожу. Когда мы лежали в одной постели, я чувствовал, что твое тело отзывается. Почему же теперь ты говоришь: «нет»? Почему так уверена, что тебе не понравится и будет плохо? Ты просто боишься, Лия. Я виноват, я напугал тебя своим напором, я требовал, хоть и не имел права.

— Прости, — только и могу сказать я. Если он продолжит давить, я соглашусь, и это будет бедой для нас обоих.

— Да хватит извиняться, — раздраженно говорит он. — Это из-за него, да? Ты выбрала другого? В этом все дело?

Привычное «не знаю» чуть было не соскальзывает с моих губ. Но я смотрю на Тейта и не хочу ему врать. И себе тоже.

— Может быть, — наконец отвечаю я. Как это несправедливо. Как ужасно горько, что я не могу сохранить рядом с собой Тейта. Может, когда-нибудь потом, когда все забудется и каждый из нас найдет своего человека, мы сможем стать друзьями? Такими, как с Лиамом. И эта жуткая пустота в сердце заполнится?