Книга Сумей дождаться рассвета, страница 26 – Ирина Бовтрукевич

— Слушай, а тут, оказывается, много желающих, — удивилась я.

— Придется ждать, — согласилась Тамара.

— Интересно, что она мне скажет?

— Потерпи немного.

— А кто та женщина, что нам дверь открыла? Это же не сама гадалка?

— Нет, — задумалась подруга. — Это ее помощница или родственница. À может, и то и другое…

Не успела Томочка закончить фразу, как из коридора послышались шум, возня и женский плач. Кто-то громко рыдал:

— Господи, как же мне жить дальше? Неужели ничего сделать нельзя?

Второй женский голос пытался успокоить спутницу, но ничего не получилось — плач продолжился. Немного повозившись в коридоре, посетительницы ушли. Через секунду раздался громкий голос хозяйки, встретившей нас:

— Входите.

Я вскочила, но подруга остановила меня, сказав, что приглашение адресовано группе, ожидавшей своей участи в соседней комнате.

— Боже, Томочка, я боюсь, — искренне запаниковала я.

— А я предупреждала, она говорит все: и плохое, и хорошее, — «успокоила» Тамара. — Так что теперь сиди тихонечко и жди. Все будет хорошо.

За полчаса ожидания я десять раз пожалела о том, что решилась на этот шаг. Но отступать было поздно. Дверь кухни наконец-таки отворилась, и меня пригласили пройти в заветную комнатку. На ватных ногах я пошлепала слушать свое будущее.

В уютном кресле сидела молодая женщина цыганской внешности. Так мне показалось, хотя одета она была в обычный современный костюм, ничем не выделявший гадалку из толпы, встреть я ее где-нибудь на проспекте. Темные длинные волосы, карие глаза. Лет тридцати от роду.

Женщина предложила сесть и пристально посмотрела в глаза, отчего мне стало не по себе. Содрогнувшись внутри, я несмело опустилась на стульчик, стоявший рядом.

— Что привело вас ко мне? — продолжая рассматривать, спросила гадалка. — Вы же знаете, что я буду говорить все? И плохое тоже.

— Да. Я только хотела знать, нужно ли мне сейчас выходить замуж за человека, с которым встречаюсь.

— И все?

— Ну да, — замялась я. — Но если вы еще что-нибудь расскажете…

— Я поняла тебя, красавица. Расслабься и покажи свои руки.

Трясясь от страха, я протянула дрожащие ладони гадалке и замерла. Она внимательно, при помощи лупы, рассматривала линии моей левой руки. А потом медленно, делая паузы, заговорила:

— У тебя есть сестра. Отец любит выпить, здоровье пока хорошее, но проживет лет до шестидесяти — шестидесяти пяти. Сердце подведет. Умрет от сердца. Мать — дольше, лет семьдесят пять. Но будет болеть постоянно: желудок, сердце, давление, нервы. А так все хорошо. Никаких гробов в ближайшее время я не вижу. Теперь — о тебе. В детстве была операция. Долго лежала в гипсе. Надо беречься. Эта болячка еще даст о себе знать. Но пока ты ее не чувствуешь. Теперь характер. Ох, непростой он у тебя, девка. Жесткий, неженский. Надо быть помягче и понежнее. Особенно с мужчинами.

Я сидела остолбенев. Все, что говорила гадалка, было сущей правдой: и об операции, и о характере. Дрожь внутри усилилась. А она продолжала:

— Ты очень скоро выйдешь замуж. И за того, кого любишь. Но жизнь в браке не будет простой. У тебя слишком сильно развита интуиция: как только муж завернет за угол, ты уже будешь знать, куда он пошел. Тебе не хватает мудрости. Нельзя с мужчинами быть такой прямолинейной. Ему будет сложно с тобой. Поэтому и брак будет недолгим. Но разорвешь его ты. Муж твой сам никогда не уйдет, любит, только он мягкохарактерный у тебя. Поэтому, если любишь, выходи за него замуж, но будь осторожна в своих эмоциях. Есть шанс создать хорошую семью. Меняйся, меняй характер. Теперь давай правую руку.