Книга Сумей дождаться рассвета, страница 21 – Ирина Бовтрукевич

1985-й — это год, когда мы, простые жители великой страны под названием СССР, реально ощутили на себе грядущие и свалившиеся на нас перемены. Началась медленная, но верная трансформация всего: развал страны, перестройка экономики и предприятий, разрушение советских устоев с гарантированной работой, бесплатными медициной и образованием. Медленно так, но уверенно. А еще государство в том году проводило безалкогольную кампанию. И если молодожены собирались сыграть не «комсомольскую», а обычную свадьбу с соблюдением всех славянских традиций, то спиртное покупали по талонам загса, причем в сильно ограниченном количестве.

Наступило время, когда о качественных советских продуктах уже можно было слагать настоящие легенды. На прилавках появлялись (и то иногда) одинокие синие трупики куриц — с головами и лапами; периодически в магазинах «выбрасывали» черную говядину, коричневую свинину и некоторые другие «деликатесы», при одном только взгляде на которые аппетит исчезал без следа.

В Минске работал один-единственный свадебный салон. Там одиноко висели одно, ну максимум два свадебных платья совершенно жуткого вида и фасона и такие же мужские костюмы. О хорошей обуви можно было только мечтать. И эту, как сказали бы теперь, «эксклюзивность» и «гламурность» продавали только по талонам загса! Абсолютно все более-менее приличное приходилось «доставать», что родственники нашей невесты успешно и сделали. И еще семьям молодых следовало позаботиться об угощении для гостей, что в те времена приравнивалось к подвигу.

Слава Богу, за три месяца подготовки родные Лерки и Павла все вопросы благополучно решили. Нам же надо было приготовить свои наряды, а мне — еще и сценарий выкупа невесты, украшения для машин и развлекательную программу: на меня возложили почетную функцию свидетельницы невесты, а в те времена это практически приравнивалось к ведущей свадьбы.

— Короче, дорогая, — обратилась я к Лере, — раз ты у нас такая умница-красавица, можешь передать своему Павлику: пока он нас не озолотит, тебя не получит. Я так просто свою подругу не отдам!

— Представляю себе, что вы там устроите! Бедный мой Пашенька! — запричитала Лерка.

— Не переживай, я проконтролирую, чтоб они не переусердствовали, — успокоила ее Тамара. — Ты думаешь, почему они такие агрессивные? Все из-за того, что ты первая из всех нас замуж выходишь.

— А гулять где будем, в кафе? В каком? Гостей много? — забросала я невесту вопросами.

— Да. В каком-то. Я пока точно не знаю, — Лера подмигнула мне и рассмеялась: — Но уж, конечно, не в квартире, как раньше, с танцами у соседей.

— Ой, а помните, как мы малыми бегали на звук музыки туда, где играли ансамбли на свадьбах? Как было здорово тогда! Весь район собирался потанцевать. И каждый выходной где-нибудь поблизости образовывалась общая дискотека, — окунула нас в воспоминания Женя и продолжила: — Я еще несколько лет назад видела в Минске такую свадьбу у сестры двоюродной. Представляете, человек сто собралось в трехкомнатной квартире. Столы стояли в каждой комнате — не пройти. Танцевали на улице: вокально-инструментальный ансамбль расставил аппаратуру на козырьке подъезда. Все плясали, весело было. А я, девочки, тоже не засижусь…

— С этого места поподробнее, — медленно повернув голову к Жене, произнесла я. — Кажется, ты что-то хочешь нам сказать?