Онлайн книга «Родинка на линии судьбы»
|
Суровый край. Суровая природа. Суровые нравы… Как же беспощадна бывает порой гармония! * * * Тишь расположилась в межгорной котловине. Когда-то здесь текла большая река, выносящая воды глубокого горного озера. День за днём, год за годом вымывала она себе удобное русло. Точила горные породы с завидным упрямством. Вгрызалась в твердь гранита и базальта, подмывала скалы себе в угоду. Сглаживала углы. Намывала на берега плодородную почву. И текла дальше. По Холодной равнине, Старой впадине, Икатскому разлому. Ещё дальше, где никто из тишинцев не бывал. Разве, что Глава рода с сыновьями. Да старые охотники. Последние — без ведома Главы. Редко, не со злого умысла, увлечённые охотничьим азартом и жадностью. Ничего интересного с таких вылазок они не приносили. Разве что мешки соболиных шкурок да золотые слитки. Эка невидаль! Да подобного добра под боком — бери не хочу. А так… В дальних далях всё было таким же, как в окрестностях Тиши. Зелёным и рыжим. Белым и чёрным. Те же горы, те же котловины. То же безлюдье. Тишинские взрослые вопросами по поводу дальних далей не заморачивались. Им бы с собственными проблемами справиться. А ребятишек волновали совершенно другие вопросы — лодки-плоскодонки, капканы, винтовки. Эх, получить бы это богатство поскорее да взяться за мужскую работу! Хотя иногда они всё-таки снисходили до философско-географических вопросов, на которые учитель Прокоп Прокопыч давал исчерпывающие, хоть и весьма пространные ответы. В дальних далях, по его словам, ничего интересного не имелось: те же горы, те же люди. Те же деревни с домами и печками. Разве что расположение отличалось. Порой — чур меня, чур! — вера. И имена поселковцев. Но какой интерес могло вызывать у ребят какое-то там положение! И тем более имена. Вот они в святцах все до одного прописаны. Только родится человек, батюшка ему тут же и имя подберёт. И все дела. Словом, жили тишинцы мирно и патриархально. От голода не пухли, от холода не мёрзли. В домах всё необходимое имели. Да и сами дома не являлись для них проблемой. Повзрослеешь, свадьбу справишь — новый дом тебе в подарок от деревни. А хочешь — с родителями живи. В мире и согласии. Дома в Тиши похожи друг на друга, что близнецы. Выстроились в один ряд на несколько километров. С одной стороны — надёжная горная порода. С другой — крутой обрыв да с десяток метров огорода. На зелень хватает. А большего в этой земле и не вырастишь. Да и ни к чему — имелось в селе благодатное для полеводства местечко. Поближе к горному озеру с водопадами — на полив воды даже носить не надо. Рядом с термальными источниками. Тут шесть месяцев тепла и света. Хоть помидоры выращивай, хоть арбузы — чисто рай. Женщины это место так и называли — райская земелька. Мужчины признавали традиционное — Большая просека. От рассвета до заката не покладая рук выращивали, поливали, пропалывали грядки и грядочки, неправильными островками гнездившиеся в уютной низине. Урожай выдавался на славу. Хлеба и овощей хватало на весь год. Закрома ломились от заготовок — соленья, маринады, сушёная зелень. Рядом в лиственничных бочках томились солёные язи и лосина. Вялились у печек копчёные окорока и колбасы. Дожидались своего часа утопленные в медвежьем сале вырезки. Живи и радуйся. |