Онлайн книга «Выйду замуж за сантехника. Мажоров не предлагать!»
|
— Я крайняя! Я собираюсь возмутиться, а потом понимаю причину ступора этих дам: я, с их точки зрения, неправильно задала вопрос. Использовала неверное слово. — Крайними могут быть плоть и Север, — с ехидной улыбкой выдаю фразу, которую частенько повторяет один мой знакомый. — А ещё полёты у пилотов и операции у хирургов. Всё остальное — чушь собачья. Здесь же не кастинг пилотов и хирургов? Девица с удивлением отрицательно мотает головой и, когда я снова предпринимаю попытку пробраться к заветной двери, восклицает: — Будете за мной! — Ну до чего же некоторые люди боятся этого словапоследний, — усмехаюсь, глядя на неё, — даже произнести не решаются, как будто оно что-то изменит. — Вы… — начинает она, но я её останавливаю жестом: — Поняла вас. Последней буду я, не переживайте, проклятие этого кошмарного слова вас не коснётся. Кажется, после моей краткой речи девушка испытала колоссальное облегчение — это четко написано на её идеально намакияженном лице. Я же решаю, что торчать мне здесь придётся немало времени, а стоять совсем не хочется, поэтому прохожу дальше по коридору и сажусь на уютный диванчик, с которого мне прекрасно видно всю толпу. Если придёт кто-то ещё из соискателей, я увижу и дам о себе знать. Собеседование начинается, девушки по очереди заходят в кабинет и проводят там минут по десять, не больше. После меня больше никто не приходит — и я действительно оказываюсь в этой очереди последней. И чего все так боятся этого слова? Подумаешь, слово как слово, ничем не хуже других. Периодически до меня доносятся фразы тех дам, что уже «отстрелялись»: — Я так переволновалась, что двух слов не могла связать… — Строгий он очень, но красавчик такой… — Сказали, что перезвонят, если по итогам подойду… — Требовательный очень — наверное, я в пролёте… Ну и всё в таком духе. А я почему-то за то время, пока здесь нахожусь, даже нервничать перестала, хотя работа мне действительно нужна. Глядя на других претенденток, сделала вывод, что среди них действительно есть реально достойные кандидатки, они и одеты подобающе, и опыт какой-никакой наверняка имеют — это я предположила по обрывкам их разговоров во время ожидания. Когда девушка, за которой я занимала, заходит в кабинет, предварительно трижды перекрестившись и поплевав через левое плечо, коридор пустеет. Я нехотя поднимаюсь с уютного диванчика, приближаюсь к нужной двери и читаю надпись на золотистой табличке: «Директор». Чуть ниже: «Артём Леонидович Даровский». Достаю папку со своими документами и тяжело вздыхаю, вновь бросая взгляд на свою сегодняшнюю одежду: ну если не пройду отбор, так хоть подниму этому Артёму Леонидовичу настроение. Все девушки сегодня были как с картинки — просто загляденье, одеты с иголочки, хоть на подиум выводи. Одна я отличилась. Наконец дверь открывается и в коридор выскакивает моя конкурентка, обмахиваясь ладонью. — Ох, я так вспотела, так вспотела… Перенервничала жутко, аж заикаться начала! — пожаловалась она мне и подтолкнула: — Иди, он сказал следующую приглашать. Я ступаю внутрь и сначала оказываюсь в довольно уютной и светлой, но пустой приёмной. За идеально чистым столом никто не сидит, что неудивительно. Ведь именно это место наверняка займёт помощница директора. Смело толкаю другую дверь с ещё одной табличкой «Артём Леонидович Даровский» и наконец-то оказываюсь там, где меня будут собеседовать. Ну если не выставят сразу за мой внешний вид, конечно. |