Онлайн книга «Фиктивные. Бой с любовью»
|
— Кому? Мне? - удивилась я и проследила за взглядом мамы. На тумбе у входа и правда лежала тонкая папочка. Да. Юль, там нужно подписать последние исковые. Говорит, адвокаты составили мировую, и от тебя, как от представителя нашей семьи, нужен автограф. А ещё нам возвращают нашу квартиру, - мама захлопала ресницами, прогоняя накатившие слёзы. Хорошо... Долгов больше нет? - я чуть не захлебнулась жадным вдохом. Да, это последний. Все хорошо, доченька, - мама подхватила мою руку, прижалась губами к ладошке и звонко чмокнула. - Все позади. Странно.. Лютаев же вчера сидел у меня за столом, царапал внимательным взглядом, вопросы разные задавал. Что, не мог рассказать? То есть примчаться караулить среди ночи у дома - нормально, а привезти документы сложно? И вообще, любые вопросы мы решали с юристами, а не с дядей Петей. Ещё Ярославцев принёс буклеты о реабилитационном центре. Просил, чтобы ты прочитала, -маму явно ничего не смущало, она не таилась, не пряталась, просто делилась новостями, ласково бегая пальчиками по крошечным бутонам роз. - Юль, нам вернут квартиру... Ты была ещё у меня в животике, когда отец купил её. Знаешь, какая я была счастливая? Всю ночь с тряпкой бегала, пыль строительную стирала. Рисовала, как будет выглядеть детская, мысленно расставляла мебель. А к вечеру начались схватки.. Мама буквально светилась, что-то бормотала, тряся прошлым, что уже пора бы забыть. А когда я решилась задать вопрос в лоб, в палату вошёл мамин лечащий врач, Игорь Саныч Ярославцев. Одного его взгляда хватило, чтобы мама убрала эклер, который так и не успела попробовать, утонув в воспоминаниях. Доктор отправил маму на анализы, перебросился со мной парой фраз, посоветовав ехать домой, потому что вернёт её нескоро. — Юль, я маме вчера передал документы по реабилитации. Через два месяца будет пауза. И ей бы сменить обстановку, подышать воздухом горным, посидеть на пляже. Поддерживающие инъекции там будут ставить, - Игорь Саныч протёр краем халата очки без оправы, невесело улыбнулся и поднял глаза. - Давай попробуем встряхнуть её? Ты же знаешь, что эту болезнь можно победить, лишь имея четкий план на жизнь. Цели, смыслы, желания и мечты. А твою маму если что-то и держит на этой земле, то это только ты. Ну и слабовата я, как повод не умирать, очевидно. Прав Никита... Не жизнь это, а существование. Всем нужна цель. Нужен путь с препятствиями и проблемами, а не серая пыльная обочина, мимо которой пробегает все самое яркое и важное. Торчать в больничной палате совершенно не хотелось, поэтому пришлось собираться. Я прибралась, застелила мамину кровать, убрала сладости в холодильник и, как обычно, написала на магнитной доске короткое послание. Вернётся и прочитает. «Люблю тебя больше всех!» Сначала написала «больше жизни», но решила не дразнить фортуну. Пока она неплохо нам улыбается. Поэтому стёрла, исправила и дополнила мелкими сердечками и поцелуйчиками. В последний момент стянула с тумбы документы с яркими буклетами реабилитационного центра.- Поборемся ещё, мам... Поборемся... И я так убедила себя в этом, так раздухарилась, что вместо того, чтобы ехать домой, отправилась в салон красоты. Естественно, в сопровождении верного Вахи. Он держался чуть поодаль, но из виду не терял. Если Лютаев что-то подозревает, то в моих интересах приглушить это подозрение как можно скорее. Нельзя рисковать ни мамой, ни нашей сделкой с Никитой. А может, мне просто хотелось ещё раз столкнуться с ледяным пламенем голубых глаз... В них столько было страсти... Столько жизни! |