Онлайн книга «Молчание вдвоем»
|
Тоня быстро спроворила ей путевки, и через неделю они уже гуляли по парковым дорожкам санатория, и она катила перед собой колясочку с Тасей и слушала с улыбкой восторги мамы – мол, как хорошо здесь да как замечательно и какая она молодец, что вывезла ее на природу! Через две недели они вернулись. И попали на похороны. Дарья Васильевна умерла в день их приезда от сердечного приступа. Муза Леонидовна была неутешна, причитала в отчаянии: — Да как же так-то, господи… А я думала, чего ж она на мои звонки не отвечает? Думала, может, Женя приехалы и она с ним занята… На самого Женю было жалко смотреть. Горевал очень. И Женин отец горевал. А мать ни слезинки не проронила. Такое выражение лица у нее было, будто ее силой заставили быть на похоронах. И на мужа своего бывшего смотрела с ненавистью. Муза Леонидовна прокомментировала все это печально: — Невестка есть невестка, что ж… Еще и бывшая. Мужа простить не может, что разлюбил, а на свекровь сердится. Женю больше всего в этой ситуации жалко. Так получилось, что основные хлопоты с похоронами Дине пришлось взять на себя. Знакомых же полно было в городе, есть к кому обратиться за помощью. Мать и отец Жени после похорон сразу уехали, а Женя остался, вечером пришел к ним домой. Муза Леонидовна вышла погулять с Тасей, и Дина встретила его в прихожей, кивнула настороженно: — Проходи… Тебе чаю налить? А может, ты голодный? Я накормлю… — Нет, спасибо, ничего не надо. Я поговорить хочу. Она ничего не ответила, но взглядом дала понять, что на разговор не настроена. И в то же время укорила себя – у человека горе, а она ему всякие взгляды недовольные строит! — Я хотел спасибо тебе сказать, Дина. Так помогла с похоронами… – тихо проговорил Женя, глядя на нее грустно. — Да что ты, Жень! Перестань! Как я могла не помочь? Мы ж не чужие, правда? Сказала и осеклась. Будто сама в омут прыгнула с этим самым «не чужие». И тут же поправилась: — В горе чужих не бывает. Тем более мы с мамой тоже Дарью Васильевну очень любили. Ты же знаешь. — Да… Бабушка была очень добрым человеком. И меня очень любила. Иногда мне казалось, что она больше меня любит, чем мать и отец. Ну ты же видела их сегодня, они оба только собой заняты, обиды свои перебирают как четки. А бабушка… Она другая была, она меня просто любила. Без условий. Таким, какой я есть. — Да, Жень. Я очень тебе сочувствую. Это большая потеря. Очень… — А можно тебя попросить, Дина? Покажи мне дочку? Я ведь ее даже не видел еще. — Не надо, Жень! Ну пожалуйста! Ведь мы уже обо всем договорились, правда? Тася моя и только моя. А у тебя еще будет много детей! Вон ты какой красавец, молодой, успешный! Ведь наверняка у тебя и девушка есть? Да, точно, ты мне говорил в прошлый раз, что есть… Я помню! — Да, есть. Только что в институт поступила. Она в Перми живет, а учиться решила в Челябинске, чтобы со мной быть. — Так это же здорово, Жень! Это значит, она тебя очень любит! Я рада за тебя, правда! Пусть у тебя все сложится хорошо с этой девушкой! — Спасибо, Дина. Но ведь это уже другое. При чем тут… — Нет, не другое, Жень. Может, я уже говорила тебе это, но ничего, еще повторю. Ты живи своей жизнью, а я буду жить своей. Не надо ничего усложнять. И все, не будем больше об этом. Скажи лучше, что будет с бабушкиной квартирой? |