Книга Ты вариант, страница 67 – Аллен Дэви

— А что тебе сказал тренер? – осторожно спрашивает сестра.

— Если кратко, то нужно контролировать себя и оттачивать навыки.

— И как, это помогло?

— Не особо.

— Возможно, дело в чем-то другом? Папа ведь знает тебя не только как профессионального хоккеиста, но и как сына. Может быть, в этом дело?

— Профессиональный хоккеист и сын – это разные вещи, – мы едем по асфальтированной дороге вдоль заборов, за которыми виднеются постройки на любой вкус и цвет. Я провел в частном доме все свое детство, и думал, что мне будет сложно жить в квартире, но, переехав, понял, насколько комфортно жить одному. Я скучаю по этому месту и по родителям, но возвращаться пока не хочу.

— Какой же ты упрямый, прямо как наш папа, – ворчит Мишель, так и не дождавшись от меня ответа. – Раньше ты всегда брал с него пример, хотел быть похожим на него, а теперь отказываешься даже за советом к нему обратиться. Что у вас произошло?

— Ничего, – вру я. – Я просто повзрослел.

— Обманываешь.

— Нет.

— Да.

— Нет.

— Да. Да. И еще раз да. Ты просто боишься не оправдать его ожиданий, – констатирует сестра, скрещивая руки на груди, как обиженный ребенок. – Можешь и дальше строить из себя крутого, но я-то знаю, чего ты боишься.

— И чего же? – неохотно спрашиваю я.

— Что тебя выгонят из команды и ты подведешь папу, ведь он крутой хоккеист, тренер и так далее. Я права? – она смотрит на меня с вызовом.

Конечно, она права. Это невыносимое давление – быть сыном не только выдающегося игрока, но и отличного тренера. Мне приходится работать вдвойне усерднее, чтобы доказать всем, что я не просто так занимаю свое место в команде. От меня ожидают, что я буду играть на его уровне, но я хочу быть еще лучше, сильнее и опаснее.

Черт возьми, мне очень трудно признать, что сейчас я не в лучшей форме, а подойти к отцу и сказать, что я не контролирую ситуацию, – это все равно что признаться: «Прости, пап, я облажался». Увидеть его разочарованное лицо и выслушать монолог о том, какой я ничтожный…

Вся тяжесть обстоятельств и внимание сказываются на мне не лучшим образом. Когда «Ястребы» проигрывают, я чувствую давление. Словно фанаты и некоторые ребята из команды говорят мне: «А твой отец такого бы не допустил».

— Может, все-таки стоит с ним поговорить? – с надеждой в голосе спрашивает Мишель.

— Ты же знаешь, это не мой случай, – отрезаю я, когда мы останавливаемся у ворот родительского дома. – Я больше не хочу об этом говорить.

— Как скажешь.

Сестра молча пожимает плечами, и я нажимаю кнопку вызова.

— Марк! – раздается радостный голос мамы. – Наконец-то приехал. Сейчас открою.

— Приехал? Почему ты не сказал, что мы приедем вместе? – шепчет Мишель.

— Я думал, ты тоже захочешь сделать им сюрприз, – так же тихо отвечаю я. – Ты ведь не сообщала им, что приедешь, верно?

— Нет, – она улыбается и трет ладони в предвкушении. – Представляю, как они обрадуются! Спасибо, что не проболтался.

— Пожалуйста.

Мы заезжаем во двор, и я паркуюсь за серебристым внедорожником отца.

— Может, сначала ты войдешь, а я чуть позже? – с энтузиазмом предлагает Мишель.

— Как скажешь, – усмехаюсь я и выхожу из машины.

В доме аппетитно пахнет курицей и специями, отчего мой желудок громко урчит, напоминая, что я не ел с самого утра.

— Сынок, привет! – мама подходит ко мне и целует в щеку. На ней атласный зеленый костюм, поверх которого красуется фартук с цветочным принтом. – Как раз вовремя, почти все готово.