Книга Цвет любви – МЫ, страница 178 – Анна Евдо

Оцепенев, Клим с матерью смотрели через стекло, не решаясь убрать прозрачную преграду между ними. Они словно стали отражением друг друга, которое спрашивало: «Ты здесь? Всё действительно наяву?»

Клим очнулся первым, отложил листы и вышел из машины.

— Привет.

— Привет.

Он открыл заднюю дверцу, выпуская Леди. Она грациозно выпрыгнула наружу и встала рядом с Климом, оглядывая незнакомую женщину.

— Моя собака. Леди.

— Красавица. – Мать кивнула, пряча удивлённый взгляд. – Видно, что очень к тебе привязана.

— Это у нас с ней взаимно. – Клим опустил руку и провёл между ушами Леди. – Я взял её с улицы, но если бы она не выбрала меня, то фиг бы что у нас сложилось.

В воздухе моментально разлилось и застыло красноречивое молчание. Мать склонила голову, обеими руками вцепившись в большую тряпичную сумку. Клим осознал, с каким подтекстом прозвучали его слова.

— Не принимай на свой счёт. – Он не стал спускать на тормозах двусмысленность ситуации. – Я не специально, чтобы тебя задеть. Просто… у нас с ней правда так получилось с первой встречи.

— Здорово, – в несвойственной ей манере, по-девичьи тонко ответила мать. – Вот, держи. – Она вытащила пластиковый тазик с крышкой и вручила его Климу. – Ещё горячие.

— Спасибо. – Клим принял контейнер, переступив с ноги на ногу.

— Тебе спасибо. – Мать вскинула на него непонятный взгляд, пригладила волосы, убранные в обычный хвост, поправила опустевшую сумку и показала рукой в сторону такси у соседнего подъезда, которое Клим не сразу заметил.

Он уставился на тачку, посмотрел на мать, и она вдруг неистово замотала головой:

— На сегодня достаточно. Ты согласился и принял моё угощение. Для меня это значит очень много, Клим. Даже если тебе не понравятся оладьи или ты их выбросишь, не попробовав… Главное, ты согласился и позволил мне приехать… Оказывается, радость бывает невыносимее печали.

Её голос надломился. Она вдохнула ртом, уголки которого дрогнули в диковатой улыбке.

— Пока. – Она попятилась назад к такси, не отрывая глаз от Клима.

— Пока, – проговорил он тихо, ясно увидев в матери ту грустную, но живую женщину, которую когда-то обнаружил нарисованной в дневнике Авроры.

Такси уехало. Леди отошла к кустам. Клим приткнул контейнер на капоте и достал телефон.

Моя мать привезла мне оладьи по бабушкиному

рецепту. Собираюсь их лопать и разбирать

содержимое твоего конверта

— вместо восхищения художественным талантом написал он Роре.

Клим положил конверт на середину кухонного стола. Тщательно вымыл руки, переоделся и покормил Леди. Принюхался, убрав крышку с материнского тазика. Он не подумал зайти в магазин, а в холодильнике не нашлось ни сметаны, ни варенья, поэтому Клим насыпал в блюдце сахара. Макал в него крупные овальные оладьи и ел, стоя у подоконника.

Вытерев салфеткой жирные пальцы, он отправил матери сообщение:

Вкусно

Она тут же прочитала его и сразу ответила:

Я рада

Продолжать переписку не требовалось. На сегодня в самом деле получилось достаточно. Более чем достаточно. Для них обоих.

Клим поставил телефон на беззвучный режим, сел за стол и придвинул конверт. Безумно хотелось выпотрошить его одним махом и одновременно не нарушить и не испортить того, что он хранил.

На ощупь в конверте находилось несколько листов. Клим вскрыл его, аккуратно надрезав ножом сверху, и вынул всю стопку.