Книга Нешуточная любовь, страница 26 – Бетти Коррелло

Я обернулась к нему.

— Какого хрена ты здесь забыл?

Облокотившись о косяк, Эдди разглядывал мою фотку, сделанную в третьем классе во время поездки в исторический музей Уильямсберга. Там меня, несчастную девочку, нарядили в костюм маслобойщицы.

— Я веду карибскую аквааэробику, заодно и Энни подвожу. – Он взял фотографию в руки. – Шикарный чепчик.

Я вскинула бровь.

— Энни?

Он вернул фотографию на место, стараясь не опрокинуть бабушкиных гномов, стоящих на подлокотнике.

— Аннету. Она учит испанский по сериалам, а я ей помогаю.

— Ха. – Я прищелкнула языком. – Учишь бабушек испанскому. Как мило.

Эдди отдернулся, будто от укола.

— Ничего не мило. Мы с Энни дружим.

Из горла вырвался горький смешок.

— Вот уж не думала, что ты дружишь с бабулями.

— Н-да? – усмехнулся он, провел рукой по подлокотнику дивана и осторожно на него опустился. Шорты на нем, я бы сказала, были очень европейской длины. Настолько, что едва доходили до середины бедра. Под кожей бугрились мышцы. – И часто ты обо мне думаешь, Дель?

У меня отвисла челюсть.

— А вот и я! – пропела Аннета, выходя из спальни с пляжной сумкой в руках. – Господи, Дель, муха залетит.

Я захлопнула рот, схватила с журнального столика ключи от машины Сайруса и направилась к двери – и плевать мне было, торчат у меня соски, жопа или татуировка. Пусть Эдди пялится сколько влезет – но лезть в мою жизнь со своими короткими шортиками и ослиными комментариями я ему не позволю.

— Ба, я тебя сама подвезу.

Она нахмурилась, меняя домашние шлепки на уличные.

— Зачем? Эдди уже здесь, родная.

— Мы же семья, я не могу просто взять и отправить тебя на улицу в одиночку, – парировала я. Эдди запрокинул голову и свел брови к переносице, плохо скрывая веселье. Мне пришлось сдерживаться, чтобы не сдернуть с его рубашки очки. – Мы должны заботиться друг о друге.

Ба пошла к двери, взмахом руки поманив за собой Эдди.

— Солнце, иди поспи.

— Я не против, правда, – добавил Эдди. Встал, нацепив на нос очки. Мне показалось или, перед тем как скрыться за сине-зеленой отражающей поверхностью, его взгляд на секунду задержался на моих бедрах? – Мы давно вместе ездим.

— О, давно вместе ездите? – ответила я гнусаво. – Знаешь что? Речь идет о моей бабушке, и я хочу знать, с кем она общается.

— С жестокими психопатами с большой любовью к аэробике, – ответил он, выходя в коридор.

— Тед Банди любил поплавать.

Бабушка махнула в мою сторону карточкой клуба.

— Хватит, мы из-за твоих чудачеств сейчас опоздаем.

— Ладно. – Я сунула ноги в кроксы, которые держала на случай непредвиденных обстоятельств – например, когда нужно было забрать посылку или доказать свою правоту. – Тогда съезжу с вами.

Они с Эдди заговорщицки переглянулись. «Ну что за человек?» – читалось в их глазах. Меня всегда бесили эти гляделки. И, разумеется, бабушка проворчала:

— Вся в Роджера.

Шорты у Эдди были короткими, руки – накачанными, укладка – идеальной, но машина? В машине царил полный бардак. Он явно догадывался, что я с трудом умещусь среди всякого хлама, сложенного на заднем сиденье, и это полностью объясняло зловещую ухмылочку, которой он одарил меня, когда я проскользнула мимо него к машине.

В итоге так я и ехала, втиснувшись между разобранным каркасом кровати, стопкой журналов National Geographic и целым хреновым автокреслом. Такое ощущение, что он угнал эту машину у какой-то беспокойной мамаши, а потом ограбил ближайшую комиссионку. Колени упирались в спинку переднего сиденья; на каждом повороте Эдди подозрительно на меня оглядывался, и я вжималась коленями только сильнее. Хотелось рявкнуть на него, сказать, чтобы смотрел на дорогу: один неверный поворот – и бесплатная лоботомия мне обеспечена. Но я сохраняла спокойствие и делала безмятежный вид. «Ой, Эдди Родригес дружит с бабушкой? Какая веселая шутка!»