Книга Заманчивое предложение, страница 137 – Джесса Уайлдер

— Вам нужна помощь? – с улыбкой спрашиваю я, надеясь, что не напугала ее. Здесь люди предпочитают не доверять незнакомцам.

На ее лице расцветает ответная улыбка, но она оказывается настолько натянутой, что начинает казаться, будто с женщиной что-то не так.

— Да, похоже, я вышла не на той автобусной остановке, – произносит она.

Я еще раз окидываю взглядом ее наряд, пока не замечаю сумочку от «Эрмес». По спине пробегают мурашки. Такие женщины не ездят на автобусе.

— Вот черт. На каком автобусе вы ехали? Один «б» или два «а»? – спрашиваю я, прекрасно зная, что ни того, ни другого не существует – в Бостоне не используют буквы для обозначения маршрутов.

Между ее бровями пролегает тонкая морщинка.

— Кажется, это был один «б». Да, точно!

Беспокойство охватывает меня, и я делаю неуверенный шаг назад. Незнакомка замечает это движение и качает головой.

— Не делай глупостей. Ты никуда не убежишь, Мисти.

Из-за угла доносится визг шин, и к обочине подъезжает фургон. Большая боковая дверь открывается, и из нее выглядывает мужчина, лицо которого я не узнаю. В руках у него пистолет.

Конечно, любой урок выживания начинается со слов «Не садитесь в машину к незнакомцам». Этому совету я и пытаюсь следовать, каким бы бесполезным ни был сейчас такой шаг.

Я успеваю сделать всего три шага перед тем, как чья-то рука хватает меня за живот и затягивает в фургон. Пытаюсь набрать воздух в легкие, но в этот момент мне на лицо опускается тряпка.

Мир погружается во тьму.

* * *

Тело раскачивает будто на волнах, от этих движений меня начинает тошнить, и рот наполняется слюной. Визг тормозов заглушает мою ослепляющую головную боль. Мир так медленно расплывается вокруг, что все происходящее кажется сценой из какого-нибудь фильма.

Последнее, что я помню, – то, как шла на встречу с девочками. Нет… Было что-то еще. Широкая улыбка. Густые черные волосы.

Страх пронзает меня насквозь. Я изо всех сил стараюсь дышать ровно и не издавать ни звука. Они не должны узнать, что я пришла в сознание.

Лежа с закрытыми глазами, пытаюсь сориентироваться в пространстве. Я лежу на чем-то твердом, скорее всего, это металл, но если мне не холодно, значит, он чем-то накрыт. Верно. Я ощупываю колючую ткань. Сквозь дикую боль в голове до меня доходит, что я все еще лежу в задней части фургона. Я изо всех сил стараюсь сдержать накатывающие слезы.

— Просыпайся, – произносит низкий голос и сопровождает свой приказ ударом в грудь.

Я резко лишаюсь воздуха и пытаюсь вдохнуть, откашливаясь.

— Ну вот, ты очнулась. Прекрасно, – говорит мужчина, переворачивая меня носком ботинка на спину.

В задней части машины нет окон. Свет проникает только через маленькое ветровое стекло, и мне приходится осматриваться в полутьме.

— Пошел ты, – выплевываю я в его сторону, за что получаю еще один пинок.

Он выжидает, пока я вновь откашляюсь.

— Помнишь меня?

Я прищуренно вглядываюсь в его лицо, пытаясь уловить знакомые черты. Осознание поражает меня сильнее, чем удар ногой в грудь. С ненавистью во взгляде на меня смотрит Энтони Риччи, и ему явно не терпится меня раздавить будто какое-то насекомое.

— Он мне все рассказал, – насмешливо чеканит Энтони. – Томас был моим любимым братом. Конечно, он поделился со мной историей о своей бывшей, которая так и лезла на рожон.