Онлайн книга «Между строк»
|
Что иногда можно жить Немного наоборот. И смеяться над тем, Что окружающим кажется грустным и страшным. А еще моим учителем стала музыкальная группа. Они показали, как заново научиться чувствовать, Как решить, каким человеком быть, и быть им. Еще меня учила онкобольная. Многому. Очень многому. Она учит меня по сей день. Ставить все под сомнение И ни о чем не жалеть. Раздвигать границы, Потому что они существуют для этого. Она научила меня соблюдать баланс, Слушая и разум, и сердце. А потом подсказала, как именно. В этом году у меня было много учителей. Одна из них – девочка из приемной семьи. Она научила меня играть теми картами, которые мне достались, И быть благодарной, что они вообще у меня есть. Она показала, что семья — Это не только кровные родственники. Иногда семья — Это твои друзья. Еще меня многому научил один мой школьный учитель. Он объяснил, что смысл не в баллах, Смысл – в стихах. В этом году я многому научилась У своего отца. Он показал, что герои не всегда неуязвимы, И что волшебство Живет у нас внутри. И наконец, еще меня учил Один Парень. Парень, в которого я глубоко, искренне, неоспоримо, невероятно, всем сердцем Влюблена. Он научил меня самому главному: Всегда ставить во главу угла Жизнь. Каково это, когда ты стоишь на сцене перед полным залом? Когда столько людей внемлют твоим словам, пытаясь увидеть частичку твоей души? Это… невероятно. Я возвращаю микрофон ведущему и спускаюсь со сцены. Бегаю взглядом по залу в поисках Уилла, но его нигде нет. Столик, за которым мы сидели на первом свидании, пустует. Выждав минуту – вот, вот сейчас он сметет меня, подхватит на руки и зацелует, – я осознаю, что Уилла нет в клубе. Кручу головой, осматривая зал еще раз, и еще… Его нет. То удивительное чувство, которое я только что испытала на сцене… и в чулане, сидя на сушильном шкафу… и в этом зале, за тем дальним столиком… Оно исчезло. Бесследно. Надо бежать отсюда. Мне нужен воздух. Свежий, ледяной мичиганский воздух. Распахнув дверь, я шагаю за порог – и вдруг из динамиков доносится голос. Я замираю на месте как вкопанная. — Это ты зря. Конечно, мне знаком и голос, и слова. Медленно поворачиваюсь к сцене. Там стоит Уилл с микрофоном в руках и смотрит прямо на меня. — Нехорошо уходить до объявления баллов, – говорит он, кивая на стол, за которым сидят судьи. Проследив за его взглядом, я вижу, что все четверо развернулись и удивленно смотрят на меня. А пятый стул пустует. Я охаю: так Уилл сегодня судействовал! И вот я вновь пробираюсь к сцене – не иду, а парю по воздуху. Стоит полная тишина. Я украдкой кошусь по сторонам: все взгляды прикованы ко мне. Никто не понимает, что происходит. Я и сама, если честно, не до конца понимаю… Уилл поворачивается к ведущему. — Я тоже хочу выступить. Срочно. Ведущий пятится со сцены и показывает Уиллу большой палец: давай, начинай. — Три доллара! – опять кричит кто-то из зрителей. Уилл бросает виноватый взгляд на ведущего. — У меня нет наличных. Я тут же достаю из кармана два доллара, бегу к сцене и швыряю их к ногам ведущего. Тот осматривает деньги. — Одного не хватает… Тишину в зале нарушает грохот отодвигающихся стульев. Незнакомые люди начинают пробираться к сцене, толкая меня то в одну сторону, то в другую. Все они кладут к ногам ведущего долларовые купюры. Толпа рассеивается так же быстро, как образовалась: народ расходится по местам. Я вновь перевожу взгляд на сцену, где теперь лежит несколько десятков купюр. В полной тишине со сцены на пол со звоном падает четвертак. Покрутившись на месте, монетка замирает у моих ног. |